– Я люблю тебя, Мирон, и с радостью стану твоей женой.
Полтора года спустя
– Макар, осторожно, ты же упадешь! – бросаю полотенце и подбегаю к сыну, который только что вскарабкался на табуретку.
– О! Тот! – сынок указывает на торт, смешно проглатывая букву «Р».
– Торт будем есть, когда папа придет, потерпи еще немного, – улыбаюсь, усаживая ребенка поудобнее.
Какой же юркий он стал! Иногда не успеваю отвернуться, а Макар уже залез куда-нибудь или набил себе очередную шишку.
Я каждый раз сильно переживаю, и готова после каждого падения везти малыша в травмпункт.
Я же, как любая порядочная мать, начиталась в интернете страшных историй про последствия таких вот активных игр.
Мирон же всегда говорит, что не стоит так акцентировать внимание на синяках ребенка. Пусть растет настоящим мужиком, который стойко переживает любые неудачи и падения.
Да, наверное, он прав, но мне все равно тревожно.
А еще в два года Макара будто прорвало. Раньше – слова клещами было не вытянуть. Те пару десятков слов, что он знал, говорил очень нехотя, редко, будто делал суетливым родителям одолжения.
А потом, на следующий день после дня рождения, решил раскрыть свой потенциал. Так что теперь у нас дома – «птица Говорун, отличается умом и сообразительностью».
Малыш повторяет за мной большинство слов, и теперь следить за своей речью приходится намного тщательнее.
– Папа пидет? – вот и сейчас Макар повторяет, но с вопросительной интонацией."
"– Конечно, зайчонок, обязательно придет, – ласково отвечаю.
– Уа! – кричит сынок, поднимая вверх сразу обе руки.
– Ты уже приготовил машинки, в которые вы с папой сегодня будете играть? – спрашиваю у малыша.
В ответ он часто кивает головой.
Шипение со стороны плиты извещает меня о том, что я отвлеклась слишком надолго, и ужин Макара «убежал» из маленькой кастрюльки.
– Блин! – невольно вырывается у меня разочарованный возглас.
– Блииин! – тянет вслед за мной сын, но я стараюсь не акцентировать на этом внимания, чтобы не провоцировать его повторить за мной снова.
Себя же мысленно ругаю за то, что это слово вырвалось у меня случайно.
Пока вожусь с пригоревшей к поверхности плиты кашей, слышу позади себя тихие рассуждения сыночка:
– Ммм, какой тот, – бормочет он, и это заставляет меня обернуться.
Макарка с удовольствием елозит пальчиком по сливочному крему, которым обмазан очередной кондитерский шедевр, сотворенный Катей. Подруга решила сменить сферу деятельности, и теперь печет тортики и другие сладости на заказ.
