Он решил вообще никак не пересекаться с Александром, а, как говорится, самоустраниться из его жизни.
Не знаю, легко ли далось Лаврентьеву это решение или сложно, но нам оно оказалось на руку. Фактически, подарок судьбы. После этого дело осталось за малым – опытностью нашего адвоката и представителя по делу о покушении на похищение ребенка.
Зато о любимой дочери политик позаботился, притянув все возможные связи. Когда Ольга Лаврентьева стала главной подозреваемой по делу Мирона, процесс слишком быстро свернули, сославшись на отсутствие состава преступления.
Если честно, нас устраивало даже это. По большому счету, Оля – всего лишь наглая, избалованная девица.
После всего случившегося отец, кажется отпарил ее куда-то заграницу, и все это время о ней не было ничего слышно.
Единственное, чего нам с Мироном хотелось больше всего – справедливого суда над Коршуновым, чтобы его осудили по всей строгости закона по вменяемым статьям.
Так и получилось. Последний суд по его делу состоялся сегодня, и Мирон принес домой радостные вести.
– Я блинов напекла, хочешь? – спрашиваю у любимого, хотя он, наверное, и по запаху должен был понять. – Твои любимые, на кефире. Я там еще варенье достала, которое тетя Наташа передала. У нее вкусное варенье, ты такого еще точно не пробовал.
– Чщщщ… – Мирон прикладывает палец к моим губам.
Я замираю и начинаю часто моргать. Я что, что-то не так сказала? Он же всегда любил мои блинчики, а сейчас что? Я же старалась…
– Знаю, Ань, сейчас не самый подходящий момент, и я еще даже куртку не снял, но ждать больше просто нет сил.
Мирон запускает руку в карман и достает оттуда округлую черную коробочку. Маленькую такую, что в его здоровенной ручище скрывается практически полностью.
Не может быть! Быть не может!
Я уже забываю о том, что только что готова была до вечера возмущаться о неблагодарном поведении любимого мужчины. Какие могут быть блины, когда тут такое?!
Мирон встает на одно колено, не спеша открывает коробочку, внутри которой красуется кольцо с большим таким, нет, просто огромным камнем.
– Белоснежка, – начинает он, и я чувствую в его, обычно уверенном тоне, легкое волнение, – ты выйдешь за меня замуж?
Дыхание перехватывает. Я буквально забываю о том, как дышать. Вроде и ждала такого поворота событий, надеялась на него, но когда все случилось – растерялась неожиданно даже для самой себя.
– Выйдешь? – переспрашивает любимый, потому что, видимо я сильно тяну с ответом.
– Конечно! – восклицаю, часто кивая головой.
