"Анастасия Сова
Теперь ты моя
ПРОЛОГ
Гулкий шум дверного замка заставляет вздрогнуть.
Он возникает неожиданно, разрезая тишину комнаты, в которой меня заперли.
Я вся напрягаюсь.
По позвоночнику бегут неприятные мурашки.
Нервное напряжение, кажется, даже кожу напитало. Забилось комком в горле, и рот сделало невероятно сухим.
ОН появляется в комнате совсем не таким, каким я его знала.
Высокий.
Широкоплечий.
Темноволосый.
Взгляд, не выражающий ничего. Даже усмешки.
Суровые крупные черты лица лишь подтверждают, что папа был прав.
Я понятия не имею, что этот человек может сделать со мной.
От этого кажется, что до потери сознания мне остается маленький шажок. Шёлк! И я провалюсь в бездну из тьмы и собственного страха.
На нем классический темно-синий костюм и белая рубашка, распахнутая на пару пуговиц.
В этот идеальный образ не вписываются только сбитые руки, что до сих пор алеют на костяшках пальцев.
Это напоминает мне о его животной силе. О том, как безжалостно Максим лупил на ринге другого, не менее сильного, человека.
А тут я.
Маленькая. Хрупкая, точно фарфор.
Мне кажется, я даже от его тяжелого дыхания сломаться смогу.
А если ударит?
Паника нарастает в груди неприятным чувством, хотя мужчина до сих пор находится на расстоянии.
Еще сегодня утром рядом с ним было так легко, будто мы вечность знакомы.
Еще вчера, я чуть не отдалась ему, поддавшись запретным ласкам.
А теперь… Теперь я в страхе трепещу, потому что в действительности совсем не знаю этого человека.
Он подходит ко мне, и останавливается.
Слишком близко.
Так близко, что сердце трусливо замирает.
Воздух остается в легких, потому что я больше не имею возможности выдохнуть его.
Еще пара мгновений, и у меня от страха все внутренности свернутся.
Я просто не могу вынести этого леденящего молчания.
– Мой отец, – едва слышным, срывающимся голосом, начинаю я.
– Чщщщ… – мужчина прикладывает к моим губам указательный палец.
Он зажимает мои волосы в ладони, собирая их на затылке.
Аккуратно, но так, будто имеет на это полное право. Слегка запрокидывает мне голову.
Хочет, чтобы смотрела ему в глаза.
– Ну, привет, Алевтина Попова, – палец с нажимом проходит по моему подбородку и спускается к шее. – Я соскучился. А ты?
Уголок его рта хищно выгибается.
У меня земля из-под ног уходит. И я остаюсь на месте только потому, что он держит.
– Отпусти… меня… – шепотом молю я, хотя сама не верю в то, что мольба поможет.
