Блефует или нет? Способен ли адиген разработать план, требующий минимума помощников? И вообще: есть ли у него план?
Почти полминуты Мойза буравил взглядом Помпилио, лихорадочно прикидывая шансы, после чего, улыбнувшись, заметил:
– Вы ведете весьма откровенные разговоры, мессер. Как думаете, что сделают спорки, если я поведаю им о вашем предложении?
– Убьют тебя, – безразлично ответил адиген.
«Неожиданно…»
Еще одна попытка:
– Уверены?
Помпилио вздохнул. Он чувствовал себя профессором алхимии, которого случайно занесло в первый класс начальной школы.
– Ради сохранения тайны Старшая Сестра собирается убить меня, брата лингийского дара, – медленно, как идиоту, объяснил адиген. – Кто ты рядом со мной, специальный агент Пачик? Никто. Рыжий галанит, которого давно считают мертвым. Ты ляжешь вместе со всеми, а потому перестань паясничать и готовься к хорошей драке. Это понятно?
Да уж, чтобы выбить Помпилио из седла, одной наглости недостаточно.
– Понятно, – буркнул Мойза.
– Вот и хорошо…
– Последний вопрос, мессер, – торопливо произнес Пачик. – Неужели вы меня отпустите? Неужели забудете, что я пытался вас убить?
В голове галанита это не укладывалось. Отомстить, убить, растоптать того, кто посмел покуситься на твою жизнь, – вот чему учили Пачика с младых ногтей. И он считал это правильным. Жалости нет, а великодушные умирают первыми…
– Вы мне доверитесь?
– Негодяй отличается от приличного человека тем, что не способен неприятно удивить, – поморщился Помпилио.
– Меня пытались убить самые разные люди, Мойза, и далеко не все они расплачивались за это жизнью. Я не кровожадный.
– То есть моя жизнь – это ваше слово, – в последний раз уточнил Пачик. – Только слово?
– Никогда раньше, Мойза, ты не был в большей безопасности…
– Целый год?!
– Полтора, – поправила подругу Марина.
– Но это… это… Невозможно!
Белла вскочила на ноги и принялась расхаживать по их «тюремной» палатке, в которую вернулась только Марина.
– Невозможно!
– Это факт.
– Замечательный факт! – Синие глаза Беллы вспыхнули. – Получается, мы всех обманули? Марина, ты понимаешь? Нас давно перестали искать, и мы можем…
– Мы на Ахадире, Белла, у нас нет цеппеля, нет мыров…
Марина вспомнила, что раньше они с Беллой любили разговаривать именно так: перебивая друг друга, торопясь донести до любимой свои идеи. Или аргументы.
