Что-то привело тебя сюда, верно? Что-то такое, что сильнее тебя… но что? Глубоко, бессознательно засевшее в душе желание начать все сначала?.. Нет, это было бы слишком хорошо… Любопытство? Желание семнадцатилетней девочки посмотреть на грозных призраков? О, мы покажем тебе такие чудеса, каких ты и во сне… Нет, глазки заскучали… Может, нужна наша помощь… скажем, месть какому-нибудь негодяю? Да мы его!.. Улыбаешься… как досадно… Тогда… неужели примитивная жалость к человеческому детенышу, которого я сейчас на твоих глазах разорву в клочья?
Фаури встрепенулась.
Тут же взяла себя в руки, но было поздно.
Старик мелко, дробно захихикал — и со всех сторон поляны откликнулся многоголосый хохот. Зашуршали кусты, зашелестели под ветром сухие стебли бурьяна — словно Кровавая крепость, кривясь гримасой развалин, издевалась над угодившей в ловушку девушкой.
Оборвав смех, призрак вскинул тонкую руку. Ильен покатился по траве, пронзительно закричал. Почти сразу крик оборвался — мальчишку скрутила судорога, челюсти свело, он мог лишь мычать от невыносимой боли.
Арлина и Айрунги, забыв о вражде, кинулись к мальчику, приподняли ему голову. Волчица пыталась влить ему в рот глоток воды из фляги, но проливала все на грудь и подбородок. Айрунги в смятении шарил по бесчисленным карманам своего балахона, ища какое-то снадобье. Впервые в жизни он забыл, где у него что лежит.
Ралидж с мечом бросился на колдуна, ударил… с таким же успехом можно было бы рубить лунный луч или ветер.
— Прекрати! — закричала Фаури старику, сжав кулачки.
— Все сделаю, только не надо его мучить!
— Договоримся? — уточнил старик, опуская руку.
— Да, да!
Ингила подхватила за плечи госпожу, которая с трудом стояла на ногах. Лицо циркачки было мрачным, ненавидящим, но она ни словом не вмешалась в разговор колдуна и чародейки."
"Боль отпустила мальчика, но судорога еще держала тело в когтях. Айрунги без спроса сорвал с пояса Арлины нож, лезвием раздвинул зубы Ильена, поднес к его рту вытащенный из потайного кармана серый бумажный пакетик.
Волчица недоверчиво перехватила его руку, чуть не рассыпав крупный бурый порошок.
— Корень болотницы, — быстро сказал Айрунги. — У госпожи еще осталась вода — ему запить?
Арлина понимающе кивнула, выпустила его руку, тряхнула флягой.
Ралидж стоял рядом с Фаури, остро ощущая свое бессилие, и угрюмо слушал, как призрачный победитель диктовал свои условия.
— Этого сопляка и твою свиту, включая дракона, мы отпустим на все четыре стороны.
