— Пожалуй, смогу пролезть…
— Зачем? — не понял Рифмоплет.
— Не знаю. Скажу, когда оттуда выберусь… если выберусь… — Тут Ралиджу изменило самообладание, он зашипел, как змея, которую метлой гонят с садовой дорожки. — Зачем, зачем… Да затем, что не могу я вернуться и мальчишке этому, Ульдеку, в глаза посмотреть! Догнали тех гадов, поглядели на пленников — и назад!..
Пока он вполголоса бушевал, Челивис встал на четвереньки и заглянул внутрь.
— Тогда я первым, у меня плечи уже…
Это было сказано просто, без малейшей бравады.
Орешек поперхнулся посреди фразы — так непохож был этот Челивис на прежнего, надменного до наглости Сына Рода. Словно их спутника подменили… или словно он прекратил играть какую-то дурацкую роль.
— А если там решетка? — сообразил Тихоня. — Развернуться не сможешь…
Циркач задрал подол рубахи. Вокруг волосатого тела была обмотана длинная веревка.
— На всякий случай, — пояснил он.
— Великолепно! — обрадовался Челивис, сбрасывая на траву плащ и расстегивая перевязь с мечом. — Давай сюда, на пояс… Если дерну — тащи меня назад."
"Вытаскивать пришлось почти сразу после того, как сапоги Челивиса исчезли в дыре.
Извлеченный наружу Сын Рода имел весьма раздосадованный вид. Его щегольской наряд был перепачкан, но огорчение Челивиса было вызвано не этим.
— Там прут, — со злостью сказал он. — Поперек входа. Ржавый. Толстый.
Тихоня заглянул в черный зев дыры, затем молча отвязал веревку от пояса Челивиса и начал прилаживать себе на пояс.
— Не влезешь, плечи широкие, — сочувственно сказал Рифмоплет.
— Влезу, — буркнул циркач. — Дважды дерну — путь свободен.
И в самом деле, квадратное тело каким-то образом втиснулось, вмялось в лаз.
— Останешься караулить, — сказал Ралидж Рифмоплету, аккуратно кладя свой плащ на траву. — Не смей спорить! Нужно, чтоб кто-то нам отход прикрывал…
— Тихоня знак дает! — азартно перебил Сокола Челивис и юркнул в лаз, как лиса в знакомую нору.
Чуть выждав, Ралидж последовал за ним. Ползти было легко, только в одном месте он разорвал рукав о короткий обломок железного прута и подумал: «Ай да Тихоня!»
Внезапно под левым локтем дернулось что-то мягкое. Орешек чуть не вскрикнул, но вовремя сообразил, что между ним и стенкой лаза — сукно и мех.
