— Господина обманывать?! Я и ахнуть не успею, как окажусь на самом дальнем твоем ярусе. Прибавлю тебе пару рабочих рук!
— Трусишь-то чего? Откуда господин узнает, если промеж себя все порешим?
— Кто? Господин? Этот — узнает! Его обманывать — самому себе костер складывать! У него когти совиные: вцепится — не выпустит!
— Ладно, ладно! Считай, я пошутил… Хорошо, пусть твоя парочка у меня посидит. Прямо здесь, в клетке. Завтра велю, чтобы их покормили.
Заскрипев, решетка обрушилась вниз, концы толстых прутьев лязгнули о камень.
Смутные тени, удаляясь от пещеры, исчезли в ночи. По ту сторону решетки переливался багровый свет и звучали неясные голоса.
К Ралиджу подошел Рифмоплет. Он вместе с Тихоней ухитрился прокрасться к самому входу в пещеру, и теперь, с трудом пряча в голосе горделивые нотки, стал рассказывать:
— За решеткой стоит большая клетка. Туда пленников и посадили. В стене, на подставках, два факела горят. Под ними сторож устроился, дряхлый такой дедок. Прямо на полу набросано тряпье всякое.
Он там и сидит, как в гнезде.
— Над головой — колокол, — мрачно уточнил из-за его плеча Тихоня. — Сигнальный. Начнем решетку ломать, а дед трезвон поднимет…
— А из пещеры — ход в глубь горы! — азартно перебил его Рифмоплет. — Черный такой, ничего не видно!
Облака разошлись, и огромная, почти полная луна обрушила на лес водопад лучей, разом высветив незадачливых «освободителей».
Ралидж, встав, задумчиво стряхнул с одежды сухую траву.
— Похоже, нам здесь делать нечего… Ладно, пошли отсюда.
Дня два этих бедолаг никуда из клетки не денут. Завтра подумаем, чем им помочь.
— Хоть скажем мальчишке, что его родители живы… — отозвался Челивис.
Все побрели прочь от пещеры. На душе у них было препаршиво. Они отправились в погоню, чувствуя себя лихими героями, которым только бы настичь врага… Вот и настигли…
Их невеселые раздумья прервал короткий вскрик и энергичное ругательство: Рифмоплет по колено провалился в какую-то яму.
— Нора? — вопросительно бросил Челивис.
— Нет, — глухо ответил Тихоня. — А ну, пусти-ка…
Он вцепился в ветви растущего возле ямы куста — и куст неожиданно легко отошел в сторону, унося на корнях широкий пласт земли и мха и открывая в склоне черный лаз.
Всё четверо склонились над непонятной дырой. Затем переглянулись.
— Для воздуха! — сказал Рифмоплет и, морщась, стал растирать ушибленное колено. — Раз в горе подземный поселок, должны быть туннели для воздуха.
— Широкий, — задумчиво прикинул Ралидж.
