Орешек точным движением запустил руки в визжащий ком поднял за шиворот двух «хищников». Близнецы разом перестали вопить и висели в отцовских руках, полные молчаливого протеста и горькой обиды.
— И кого ж это я ращу? Разбойников?.. — начал было Хранитель воспитательную речь… но оборвал ее, внимательно осмотрел свою добычу и восхищенно воскликнул: — Ну никогда не научусь различать, кто из вас кто!
Карапузы молчали, всем своим видом показывая, что этой тайны у них не вырвать.
Арлина засмеялась, шагнула к мужу и безошибочно взяла у него из рук крепенькое кареглазое существо.
— Арайна, девочка моя, как тебе не стыдно! Ладно, еще братик проказничает, он мальчишка… Но ты же барышня, Дочь Клана, разве можно быть такой драчуньей?
— А как ты определила, что это она? — поинтересовался Орешек, поудобнее усаживая сынишку у себя на руках. Зеленые глаза Арлины светились мягко, ласково:
— Ой, что ты, они же такие разные! Раларни глядит исподлобья, надулся… спусти их сейчас на пол — опять в драку полезет, прямо при нас.
А у малышки глазки ясные, невинные… прямо пай-девочка, мамина радость! Можно подумать, не она сбежала вчера от няни и была изловлена на кухне, в корзину с яблоками залезть успела.
— Вот это да! — оценил Орешек достижение дочери. — Такая крутая лестница! Такие высокие ступеньки!.. А нянька-дура куда смотрела? И ты, кстати, тоже?
Арлина виновато улыбнулась и, уходя от опасной темы, подняла с пола плащ:
— Они что-то этот плащ очень любят: чуть отвернешься — утащат, бросят на пол и возятся на нем.
Но сегодня-то, сегодня! Я же своими руками уложила его в сундук! На замок, правда, не заперла, но крышка тяжелая, малышам не поднять.
Орешек покосился на капюшон с зеленой заплаткой:
— Пожалуй, об этом надо спросить не малышей.
— Думаешь, кто-то из прислуги?.. Кстати, разреши мне спороть эту заплатку! Под ней же нет дырки… какая идиотка ее пришила, да еще зеленую? Да и стыдно Хранителю в латаном ходить.
— Не смей! Я же говорил — заплатку не трогать! Дай плащ сюда… сразу, кстати, и надену, сейчас по дождю ходить придется.
— Опять? — охнула Арлина, принимая из рук мужа сынишку. — Простудишься же! И без того полдня по ливню мотался, еле успел в сухое переодеться! Хоть ворот завяжи, а то тут сквозняк!
Снисходительно улыбнувшись заботливой воркотне жены, Орешек поднял руки к завязкам ворота. Внезапно лицо его стало озабоченным, пальцы пробежались по тонкой материи у горла.
— Мешочек свой на тесемочке ищешь? — догадалась Арлина.
