Иначе, эта зверюга уже меня бы свежевала. Да уж, тупоносая пуля на коротком расстоянии – это тот ещё подарочек».
За ночь они взяли ещё четырёх росомах и стаю волков в восемь голов. Это был серьёзный результат. Утром пришедшая им на смену группа, воодушевлённая добычей и наставленная на путь истинный путём показа жилистого Мишкиного кулака перед носами, была заинструктирована до слёз и отправлена на места. Своих же стрелков парень повёл в стойбище. У них были сутки, чтобы отогреться, отоспаться и вернуться обратно.
Ввалившись в избу, Мишка сбросил у порога всю поклажу и, растопив печь, поставил на неё котелок с водой. Кое-как перекусив, он вычистил оружие и, проверив, чтобы дверца топки была прикрыта, завалился спать. Проснувшись под вечер, парень сварил себе похлёбку с копчёными рёбрами и, плотно поев, принялся готовить оружие. Сменив магазины и к винтовке, и к пистолету, он переснарядил их, чтобы пружины не сажать, и снова завалился спать.
Проснулся он до рассвета.
Убедившись, что выспался на всю катушку, парень позавтракал и, посетив уборную, принялся ждать рассвета. С первыми лучами солнца Мишка был в стойбище. Илкен и его команда уже были готовы к выходу. Вместе с ними парня встретил и Торгат. Увидев Мишку, он пыхнул своей неизменной трубочкой и, чуть усмехнувшись, проворчал:
– Снова ты меня обошёл, Мишка.
– А разве мы с тобой об заклад бились? Не помню такого, – улыбнулся парень, здороваясь.
– Я всю голову сломал, решая, как хищных отсюда отвадить, а ты всё по-своему сделал и победил.
– Рано ещё о победе говорить. Вот когда они отсюда дальше уйдут, тогда и праздновать станем.
– Хорошо придумал, – помолчав, похвалил его Торгат.
– Благодарствую, – склонил Мишка голову. – Только, боюсь, недолго это будет получаться. Хищники умные. Быстро поймут, куда ходить не надо.
– Ничего. Пока вы их так бить будете, мы со старшими своим способом охотиться станем, – успокоил его охотник.
– Глядишь, так их и запутаем.
– Дай-то бог, – усмехнулся Мишка и, махнув своей команде рукой, повёл её к распадку.
Их сменщики за сутки взяли двух росомах и дюжину волков. Но следов вокруг распадка оказалось очень много. Что ни говори, а запах крови тут стоял такой, что даже парни невольно хмурились и старались не смотреть на груду брошенных туш.
Эти сутки также не прошли даром. К трём росомахам и пяти волкам прибавились шкуры трёх рысей.
