Ладно, рискнем. Сажусь в машину и тут же начинаю читать про себя молитву.
***
– Елизавета Евгеньевна, рад тебя видеть. Мальчики не заставляли тебя сесть в машину? Все по обоюдному согласию?
– Ну да. Я сама.
– Ай-ай-ай, – цокает мне на ухо. – Чувствую, что все-таки ты не хотела, а тебя заставили. Буду ругать мальчиков.
– Да нет же, я сама.
– Ай-ай-ай, ай-ай-ай.
Сказать, что он сегодня странный – ничего не сказать. И, судя по тому, как он ходит, поясница у него и вправду болит.
– Сначала укольчик в жопу, потом капельницу.
– Хорошо.
И снова мы в кабинете. И снова меня манит чертов сейф. А еще ноутбук на столике около дивана. Кротов отодвигает журнальный столик и, как всегда, ложится на диван. Блин, сегодня меня особо манит ноутбук.
Нехотя отвожу взгляд от столика на уже оголенную попу Кротова. Вот она прям реально хороша. Загляденье. Как-то нехорошо получается. У Федора обнаженную попу я всего однажды видела, а тут прям уже выучить успела. Фу, Лиза, фу. Блин, а как там мой лающий «пес»? Надо скорее уходить отсюда.
– Чего застопорилась?
– Не могу найти спиртовую салфетку. Сейчас. Ах, вот она, – хватаю салфетку и начинаю протирать ягодицу Даниила. – Слушайте, давно хотела спросить, а чем вы занимаетесь? – ну реально, чем?
– Чем я только не занимаюсь. Полчаса назад ковырялся в носу. Да так, что кровь пошла и заляпал футболку, пришлось ее менять. И стол загадил, – ну точно мой потерянный брат. И не стыдно взрослому мужику нести такую пургу?
– Я имела в виду, чем вы по жизни занимаетесь, что заимели такой дом, а не про обыденные вещи.
Так-то я тоже в носу ковыряюсь, но что-то денег мне это не прибавило.
– Да ладно? Обычно женщины не едят, а питаются воздухом, солнцем и водой с лимоном. Не испражняются, а какают исключительно бабочками. Да и козявок у них отродясь не могёт быть. Какие уж ковыряния в носу?
– Обыкновенные. Указательным и большим пальцем.
– Ну все, женюсь на тебе, Лиза, – усмехаясь произносит он.
– Не в этой жизни.
Протыкаю Кротову в очередной раз попу и выпускаю лекарство.
Заканчиваю процедуру и сажусь на стул в ожидании очередных манипуляций.
– Вы систему не принесли и лекарства.
– Что?
– Ну для капельницы.
– Точно. Сейчас принесу. Не возражаешь, если я сделаю один звонок?
– А мне-то что?
– Ну я чуть задержусь.
– Хорошо бы не больше пяти минут.
– Справлюсь за две.
Я честно сижу спокойно ровно двадцать секунд. Еще раз осматриваю кабинет на наличие камер и все же подбираюсь к журнальному столику.
