Поэтому башню можно было подкатить в одном-единственном месте да и то не вплотную, но и этого хватит. Стрелки барона вычистят стены от защитников или по крайней мере прижмут их, чтоб не высовывались, а основная ударная сила поднимется по лестницам. Таран так, на всякий случай. Ломать ворота не хотелось. Айзенх был рачительным владетелем, а замок этот очень скоро станет его собственностью.
Штурм был запланирован на раннее утро. Сначала Айзенх предполагал начать еще в темноте, но потом передумал. Башню бесшумно к стене не подтащишь, а когда рассветет, его стрелкам будет проще убрать со стены защитников.
Ну да и саму башню в темноте толкать вверх по неровному склону — то еще удовольствие.
И не факт, что допихали бы. Даже засветло едва не уронили. Однако справились. Установили и закрепили прямо на глазах у защитников. Айзенх понимал, что рискует. Вдруг в крепости имеются метательные машины? Ударит какой-нибудь «онагр» со двора практически в упор — и развалит верхушку башни вместе с теми, кто внутри.
Боевые орудия Айзенх видел в деле дважды и очень впечатлился.
Настолько, что даже собственными решил обзавестись, но не нашлось мастеров. Не так уж много их осталось на благословенной Богом земле франков. При любой осаде таких норовили убить в первую очередь.
Но обошлось. Не оказалось в замке онагров.
Онагров не было. А вот орудие имелось. Одно. Совсем маленькое. Башню таким не развалишь. Но если хорошенько подумать.
Главы 36,37
Глава тридцать шестая. Лотарингия. Замок баронов Дамье э Шапель. Все плохо
— Все плохо? — спросила Маргред, глядя на приближающееся чудовище из бойницы донжона.
— Ожидаемо, — ответил Виллибад. — Вплотную к стене они эту коробку на колесах не подтащат из-за камней, так что мостик набросить не смогут. Значит, поднимут наверх стрелков и под их прикрытием полезут на стены по лестницам.
— А мы? — с волнением проговорила баронесса Дамье.
— А мы их не пустим, — спокойно ответил Виллибад.
Ему хотелось обнять Маргред, погладить по голове, успокоить… как в детстве.
Но теперь это невместно. Теперь она не девочка — баронесса, а он — ее сенешаль.
— Не тревожься, моя госпожа, — произнес Виллибад, вложив в голос максимум уверенности. — Они сюда не войдут.
«В крайнем случае можно затвориться в донжоне», — подумал сенешаль.
Придется пожертвовать сервами и скотом, но продержаться можно долго. В подвале — колодец, запасов полно. Можно хоть до зимы сидеть. Но лучше не сидеть. Половина силы его нынешней дружины — наемники. А им веры нет.
