Ага. Чтото вроде того.
Я беру сумочку, прохожу мимо Романа, как вдруг он хватает меня за руку. Я замираю, поворачиваю к нему голову. Наши взгляды встречаются. Смотрю на него не мигая, проклиная глупого стажера.
Номер телефона не оставишь? Мне нравятся наши случайные встречи, но я не привык полагаться только на случай, отшучивается он.
Да, конечно, внизу живота разгорается приятное тепло. На мгновенье даже о проблемах забываю. Запишешь мой?
Глава 8. Роман
С тех пор, как наш с Костей отец стал вдовцом, а мы потеряли мать, в семье Багировых появилась важная, но с каждым годом всё более утомительная лично для меня традиция — семейные ужины в отчем доме не реже раза в неделю.
Поначалу я относился к этим вечерам как к возможности поддержать отца. Потеря любимой жены просто убила его. Да и мне самому нужно была эта поддержка не меньше, чем ему. Потому что со смертью моей матери совпало ещё одно событие, которое ударило почти настолько же сильно. Меня предала женщина, с которой я собирался провести остаток своей жизни.
С того ужасного периода прошло уже восемь лет.
И вот сейчас, сидя за одним столом с отцом, Костей и его молодой женой, я вдруг ловлю себя на мысли, что все мы с тех пор очень сильно изменились.
Отец, который был невероятно талантливым, хватким, трудоспособным и амбициозным бизнесменом, стал слишком домашним и сентиментальным поборником семейных ценностей.
Тогда он почти полностью забросил бизнес и бесконечно жалел, что тратил столько времени на вещи, которые оказались не важными, а желанное и ценное безвозвратно потерял.
Теперь он постоянно думает о приближающейся смерти, хотя ему нет еще и шестидесяти, и единственное, о чем действительно беспокоится — это чтобы мы не остались не пристроенными.
Костя… Ему, наверное, было сложнее всех — тогда моему младшему брату стукнуло всего семнадцать. Он был просто счастливым пацаном, а потеряв мать, которая души в нем не чаяла, ушел в глубокую депрессию. Коекак поступил в университет. Точно так же коекак отучился, потому что этого требовал я.
А потом нашел свою… Ммм… Принцессу единорогов… И ударился в их розовомыльную любовь.
Отец никогда и ничего от Кости не требовал. Костя этим пользовался. Ему не интересен наш бизнес. Он просто получает удовольствие от жизни, радуя этим папу. Мне иногда кажется, что даже мама не смогла бы его разбаловать так, как разбаловал овдовевший отец.
Я же после смерти матери был вынужден взять семейное дело в свои руки. Тогда мне было двадцать пять.
