Я все собрал, Марк Юрьевич, не волнуйтесь. И я специально тянул время, чтобы довести дело до суда… Уж извините. Мы пригласим на заседание все областные каналы, прессу, блогеров… Это будет показательный провал, вот увидите. Они пожалеют, что не отпустили вас в положенный срок.
– Расскажите, что вы задумали? – подаюсь вперед, с трудом скрывая любопытство."
"– Во-первых, я выведу так называемого свидетеля на чистую воду, если он сам не сольется. А, во-вторых, я докажу, что к вашему аресту имеет отношение концерн.
Появились новости, – голос Мирона заговорщицки садится.
– Слушаю, – так же тихо отвечаю я.
– Софья увидела, как ее коллега Анатолий Арзамасов входил в здание концерна. Гуляла с малышом в парке возле их административного корпуса. Уверен, что он причастен к вашему аресту, Марк Юрьевич. Он двойной агент, предатель, темная лошадка…
– Серый кардинал, я понял, Мирон. И он ухаживал за Соней. Хотел жениться, чтобы якобы помочь с усыновлением мальчика. Но Соня тогда сомневалась насчет Ванечки… Я еще в больнице почувствовал, что он к ней неровно дышит.
И острую неприязнь ко мне тоже почувствовал. Значит, я ему мешал подобраться к Соне?
– Думаю, да, – пожимает плечами Мирон. – Уверен, что да. Чтобы быть уверенным на все сто, я установил за ним слежку. Подключил ребят из моего агентства к этому делу. Интуиция мне подсказывает, что липовый свидетель, получивший от вас взятку – его знакомый или родственник. Он вас засадил, чтобы у Сони не осталось выбора.
Убил своим поступком двух зайцев – и себе освободил дорогу к несчастному женскому сердцу, и руководству концерна помог избавиться от настырного депутата, вздумавшего их проверять.
– Мерзавец, – цежу сквозь зубы, сжимая пальцы в кулаки. – Бедная Сонька… ей же приходится работать с ним. Мирон, ей ведь не угрожает опасность? Понимаю, я прошу многого… И я… В общем, находясь здесь, я не могу оплачивать…
– Марк Юрьевич, следственный комитет принял мои доводы к сведению.
Уверен, делу скоро дадут ход. И, да… Они взяли меня внештатным сотрудником на время расследования. Так что не думайте больше о деньгах, мне платят приличное государственное жалованье. А услуги адвоката Глеб оплатил сполна. У вас замечательный сын. И женщина замечательная. Кстати, о вашей жене… – оживляется он.
– Что еще? Только не говорите, что Елена… – нервно постукиваю пальцами по столешнице.
– Она попала сегодня в больницу. В областную гинекологию.
