Обаятельным, харизматичным, наглым и самоуверенным мерзавцем. Никто бы не устоял. А уж невинная девчонка – тем более. Я тогда училась в университете и жила в общежитии, а он работал в сервис-центре напротив. Мы часто сталкивались в очереди на кассе магазина, в местном кафе по утрам, в пекарне, просто на улице. Он всегда смотрел на меня нагло, разглядывая, ухмыляясь, словно вот-вот съест. А я краснела и покрывалась мурашками от его взглядов.
И съел…
Он всегда был такой развязный и веселый. Красивый, дерзкий, с длинной и непослушной чёлкой, в рваных джинсах, футболках, облегающих торс, в кожаных куртках или толстовках.
Конечно, он мне нравился. Антон всем нравился, половине женского общежития.
Я бы никогда с ним не заговорила первая. Тем более я видела его с разными девушками, казалось, что он менял их каждую неделю. Ужасный бабник, из тех, с кем опасно встречаться, потому что разобьет сердце и перешагнет через него. Из тех, кто коллекционирует девушек. Они сами отдаются таким мужчинам. Не за деньги и блага, а за невероятно зеленые глаза цвета весенней листвы, колдовские, завораживающие.
За наглую ухмылку, за то, что смотрит так, словно раздевает. Только Антон мог смотреть так, будто ты самая красивая и самая желанная девушка. Невозможно устоять.
И я не устояла.
В тот день шел дождь. Сильный ливень стеной, я промокла до нитки, пытаясь добежать до ближайшего укрытия. Его машина преградила мне путь.
– Садись, красивая, промокла вся, – ухмыляется и жует жвачку, пожирая меня глазами.
Мое тело облепило платье-крестьянка из тонкого материала, и белье просвечивает, с волос стекает вода, я мокрая насквозь, словно голая. Смотрю на него и глазами хлопаю, то краснея, то бледнея. – Садись, не съем, – усмехается он. А мне и страшно, и очень хочется. Сердце колотится, словно перед прыжком в бездну.
Я села в его машину и с этого момента пропала.
Он грел меня, угощал горячим кофе и катал по ночному городу. За один вечер мы сблизились настолько, что, казалось, знакомы целую вечность.
Он что-то рассказывал, а я слушала его, смеялась, как дурочка, и постоянно рассматривала. Его сильную шею, легкую небритость, волосы растрёпанные и чёртовы зелёные глаза. Как омуты, как бездна, в которую тянет, лишая воли.
Я была похожа на мокрую мышь, а он смотрел так, словно никого красивее нет, внаглую рассматривая мои ноги, грудь, губы. Так пошло и откровенно, как никто и никогда не смотрел. Наверное, я влюбилась в него именно в этот день.
