"
"Марк оперся о мое плечо, принялся натягивать штаны. Я помог, в крошечном пространстве кабины любое действие превращалось в акробатический этюд.
– Маркус… – задумчиво сказала Хелен. – Ты овладевал Словом сам?
– Да.
– По Книге?
– Угу. – Плюхнувшись мне на колени, мальчишка принялся надевать рубашку. Одежда, в которой он прошел весь этап и побег с Печальных Островов, была чистой и заштопанной, наверное, Луиза постаралась.
– Первый раз было трудно?
– Очень.
– Что ты смог взять на Слово? Вначале?
– Перстень.
Это подарок, Владетель однажды…
Интересные отношения в Доме, если он родного отца зовет только Владетелем…
– Не важно. Потом тебе стало легче это делать?
– Ну да, я смог саму Книгу взять, и нож, и зажигалку…
– Все, что было лично твоим?
– Да. У меня не только это было…
– Понимаю. – Хелен замолчала.
– А к чему ты это говоришь, Ночная Ведьма?
– Маркус, для тебя я летунья Хелен. Или графиня Хелен. Или просто Хелен. Договорились?
– Хорошо, графиня, – с явной обидой ответил Марк.
– А в чем дело все-таки?
– Твоя сила растет, – задумчиво сказала Хелен. – И очень быстро. Это нехарактерно для обычного Слова. Порой дети, которым дарят Слово, не сразу овладевают им в полном объеме, но такой значительный рост… да еще скачкообразный… Ученый люд с ума бы сошел от такой информации.
Марк задумался.
Я тоже. Кажется, до меня стало доходить, почему Хелен решила-таки спасти Марка и атаковала линкор.
– Сидеть тихо, поток! – произнесла Хелен. Планёр закружился по спирали, набирая высоту.
Луиза начала молиться. На мой взгляд, поздновато спохватилась, сейчас уже опасности почти не было – и планёр выдержал, и от линкора мы ушли…
– Хелен, где будет граница? – вдруг спросил Марк. – А?
– Какая граница? – занервничала Луиза. – Куда мы летим?
– Я не о том, – терпеливо объяснил Марк. – Я о силе своего Слова, о его пределах!
– А у Искупителя была граница? – вопросом ответила Хелен.
Планёр снова выровнялся, пошел к берегу. Теперь уже у меня не было никаких сомнений, что мы долетим.
– Хелен… – тихонько позвал Марк. Летунья молчала. Мальчик посмотрел на меня. – Ильмар, я боюсь.
– Ровно же идем, тебе ли полета бояться! – Я похлопал его по плечу, обнял.
– Да нет, не полета! Что вы все такие… прямые…
– Себя? – сообразил я.
– Слова в себе. И себя в Слове.
– Теперь уже поздно бояться, Маркус. Ты уже перевернул мир с ног на голову. – Хелен вела планёр легко и бездумно, голова ее явно была забита другим.
