Может, в самом деле вдова захотела испытать учёного, напоить молоком, якобы предназначенным русалкам? Знает, что Зарубина уже напичкали байками про дивьё лесное, про столичного целителя, вот и решила проверить на вшивость — струсит или выпьет?
Но тогда зачем предупреждать, что возможен вред от молока?..
Он не мог поверить, что впереди мелькает деревня, даже когда увидел редкие огоньки фонарей. И только оказавшись на улице, обрадовался и обескуражился одновременно: прошло ощущение невесомости, под ногами чувствовалась твердь, но разила наповал мысль, как он здесь очутился.
Деревня оказалась знакомой, с заброшенными силосными ямами, и на другом её краю было с десяток жилых домов, и всё-таки Зарубин на всякий случай спросил, как проехать к Костылю. Весёлый мужик у колодца с удовольствием объяснил, по каким дорогам ехать и где сворачивать, вдобавок ко всему вдруг зарабо-тал навигатор, вычертив маршрут до базы — то есть затмение разума и у него благополучно закончилось!
В двенадцатом часу ночи, когда Зарубин вернулся на базу, там царил праздничный, почти новогодний переполох.
В свете многочисленных прожекторов по территории расхаживал снежный человек, а вокруг него суетились и ликовали прибалтийские сборщики грибов, снимая всё это на телефоны и камеры. Добропорядочных семейных пар, да ещё с подростками, было немного, основная масса — одинокие женщины от тридцати, и вот они-то отрывались по полной программе, смешавшись с детьми. Внешне холодные прибалтийки оказались женщинами пытливыми, весёлыми и даже озорными, поскольку старались отыскать у снежного человека гениталии.
"
"Егеря не просто надули куклу, но теперь отрабатывали её движения: четырёхметровый леший ходил прямо, нагибался, присаживался и норовил поймать руками суетящихся возле зрительниц. И по движениям казалось, будто кукла живая! Произведённое в Китае чудище оказалось среднего рода: вроде бы и груди обозначены, и есть что-то между ног, по крайней мере, белобрысые литовоч- ки находили некий отросток, но думали, что это сосок, через который надувают нижнюю часть куклы.
Прощупать толком никому не удавалось, леший хохотал голосом егеря, брыкался, и у него получалось даже дать пинок резиновой мохнатой ступнёй в чей-то умышленно подставленный зад.
Взрослые просто веселились от пережитого недавнего страха, а подростки норовили укусить куклу за ноги, их отгоняли егеря, поскольку резина была тонкая и кому-то уже удалось прорвать её зубами.
