Думаю, из-за того, что он всегда вел себя так холодно, ему нравилось тепло, исходящее от пламени. И на этом пожаре стояла его подпись.
Вскочив на ноги, я схватила телефон с кофейного столика и набрала его номер. Мне хотелось убедиться, что с моими родителями все в порядке. Что с ним все в порядке.
Он ответил мне после четвертого гудка.
Я открыла рот, но слова замерли в горле, когда до меня донесся шум и музыка. Вечеринка? Ресторан? Я слышала хихиканье женщин и крики мужчин. И мое сердце упало.
– Привет, – прохрипела я.
– С тобой все в порядке? В новостях показали, что в районе поместья пожар.
Я не стала спрашивать напрямую, потому что понимала, он не станет ничего мне рассказывать по телефону. А может, и никогда. Заправив прядь светло-пурпурных волос за ухо, я сжала рукой шею и принялась расхаживать по квартире.
– Твои родители в «Виньярде».
Его слова звучали резко, как и всегда, даже когда он преследовал меня каждый день. Я вспомнила, что необходимо поблагодарить его за такси, которое ждало меня сегодня у работы из-за того, что он не мог проводить меня домой.
– Завтра я отвезу их в Лос-Анджелес, – продолжил он. – Мне нужен человек, который будет отвечать за питание сотрудников в местном филиале. И твоя мама идеально подходит для этой работы.
Я закрыла глаза и тяжело вздохнула. Меньше всего мне хотелось принимать его милостыню. Но мои родители не отличались гордостью. Им хотелось работать и зарабатывать себе на жизнь. Я сжала пальцами переносицу, ненавидя себя за то, что не только нуждаюсь в его помощи, но и собираюсь принять ее.
Даже после того, что произошло между нами.
– Спасибо, – сказала я. – Ну что ж, не буду отвлекать тебя от вечеринки.
– Пока, – сказал он как ни в чем не бывало.
Будто и не спас мою задницу… снова.
– Подожди, – выпалила я, не давая ему повесить трубку. Я все еще слышала шум и музыку, но он не сказал ни слова. Потерев рукой свои бедра, я решилась: – Когда ты вернешься в Нью-Йорк?
– Можешь просто признать, что соскучилась по мне? Это не так уж и сложно, черт подери.
В его голосе явно слышалась улыбка.
Я поежилась. Потому что он не ошибся. Я скучала по нему. Злилась, что не видела его сегодня.
– Я готова дать тебе пять минут, – сказала я, решив не отвечать на его слова.
– Десять, – возразил он.
И хватило же наглости после всего произошедшего.
– Восемь, – ответила я.
Мы просто игрались. Я бы дала ему столько часов, сколько потребовалось, чтобы все мне объяснить.
– Ты ужасно торгуешься, – поцокав, сказал он.
