— Зато, — весом роняет он, беря мою руку в свою. — Со мной ты будешь в безопасности. Всегда. Поверь, я не предам."
"Последние слова вызывают у меня очередные слезы. Потому что для меня измена — это предательство. Настоящая. Такое я не смогу простить. И наверное надо сказать об этом сразу.
— Миш, ты всегда в центре внимания, и столько девушек вокруг, а я…
Воронцов кладет пальце мне на губы. Смотрите так проникновенно, не давая отвести взгляд.
— Я понимаю, мышка. Но поверь, с того дня в Вайкири я вижу только тебя одну.
Не понимал сначала, почему так заклинило, но, похоже, отец был прав.
— В чем?
Миша мягко прикасается губами к моим. Только едва едва дразнит.
— В том, что однажды я встречу свой идеал. Ту, за которой пойду в огонь и воду, и кроме которой женщин для меня не будет.
— Звучит очень пафосно.
— Да пофиг, я так чувствую, — ухмыляется он, используя знаменитый мем. — А еще я чувствую, что мои аргументы прямо-таки заждались, дорогая невеста.
— Я еще не сказала да, — возражаю, млея под его поцелуями, которыми Воронцов покрывает мою шею, провоцируя во мне очень неприличные желания.
— У тебя нет вариантов, Нелли. Ты моя. От и до. А вот потом мы с тобой обсудим твою учебу, и кто тебе подкинул идею опоить меня дрянью…
26 Нелли
— Миша, ну нет! — возмущаюсь, когда тот подхватывает меня и сажает на кухонный стол.
— Как это нет? — искренне удивляется он и приспускает спортивные штаны, в которых он чаще всего ходит дома.
Да, я уже второй месяц живу у него в квартире. С того самого дня, как Арам заявился ко мне домой, облил грязью, а затем фактически отказался.
С того дня ни мама, ни братья на мои звонки не отвечали. Миша, как-то застав меня в слезах, молча посмотрел на мой телефон, а через два дня пришел и рассказал, что и мама, и Тигран сменили номера, а у Арама я просто в черном списке.
Это стало последней каплей для меня. Я окончательно отчаялась. И если бы не Воронцов, не знаю, смогла бы прийти в себя.
Только благодаря ему я поверила в то, что все сделала правильно — рискнула, чтобы что-то изменить в своей жизни, а не повторить судьбу матери.
— Миша, нам скоро выезжать, — напоминаю ему про наши планы. — Будет нехорошо, если мы опоздаем.
— Мы не опоздаем, — мурлычет он, задирая мою футболку. — Давай, мышка, все мы успеем. Я соскучился.
— Сам виноват, что с Костей задержался, — мстительно отвечаю, возвращая футболку на место и прикрывая живот.
Но Воронцов же как танк — если уж решил что, то не свернет.
— Там был важный контракт.
