— Ещё раз прикоснёшься к моей заднице, — шиплю ему в лицо, — сможешь исполнять ведущую партию в женском хоре.
Моя рука горит, словно я с размаху впечатала её в кирпичную стену, а Малфой и глазом не ведёт. Щёлкает меня по носу и задорно подмигивает.
— Не рычи, матрёшка, а то внесу в договор о найме хождение без трусиков. По понедельникам я такой самодур.
Глава 6
Гас
Мёртвые котята, папаша Дженнер, Донателла Версаче, задница Ким без фотошопа, голый Трамп, абсолютно голый Трамп, Эшли Грэм в купальнике, Эшли Грэм без купальника.
.. очень много мёртвых котят!
Это официально, я долбоёб. Потому что только долбоёб мог засунуть в трусы гранату и выдернуть чеку.
Срываюсь с места, пинком распахиваю дверь в офисный зал, и ору так, что у самого уши закладывает:
— Вы, может, блядь, заткнётесь уже? Женских ног не видели?
Жужжащий гул стихает, сотрудники переглядываются между собой и начинают шептаться на два тона тише. А я, как краб, враскорячку возвращаюсь в кресло, потому что у меня здесь катастрофа. Ядерный гриб в трусах, если не сказать хуже.
Ну на кой чёрт меня дёрнуло выдумать этот дресс-код? Да я и представить не мог, что матрёшка подойдёт к этому заданию так серьёзно."
"Начнём с того, что отец велел мне отвозить её на работу. Я, конечно, сделал вид, что забыл, и уехал без неё. Думал, психанёт, плюнет на всё и останется греть задницей кроватку. Ни черта подобного. Ровно в восемь, ни минутой раньше, ни минутой позже, без стука входит ко мне в кабинет. Я чуть не завыл. На малиновых губах ухмылка, рубашка полупрозрачная, как я и просил, расстёгнута ровно на три пуговицы, и вглядываться не нужно, чтобы под ней разглядеть кружевной бюстгальтер с уймой каких-то тесёмок.
Чёрная юбка, как вторая кожа облегает осиную талию и бёдра... И ноги, эти её бесконечные ноги в чёрных остроносых шпильках. И как вишенка на торте — свинцовая пуля в голову одуревшему младшенькому, на носу очки в охренительной оправе. Секси-училка. Королева школы. Влажная мечта всех студентов. Звезда порнофильмов.
Походкой от бедра подходит к столу, грохает передо мной чашкой с кофе.
Скрещивает руки на груди, формируя соблазнительный капкан, в который я, как голодный мышонок, сразу же попадаю взглядом, и выжидающе смотрит. Перевожу взгляд на чашку, а потом снова на неё. Стерва хищно скалит белые зубы и стреляет бровью вверх. И в этот момент я двадцать пятым кадром замечаю в её лице то самое выражение, которое было у Тайлера Дердена, когда он мочился в суп. Сглотнув, отодвигаю от себя кофе.
