Если отец меня чему-то и научил за время работы на него, так это тому, что ничего нельзя делать наполовину. И уж если мне суждено нарядиться шлюхой, то такой, чтобы Фаберже у местных звенели. Даже в патовой ситуации можно выйти победителем, если вовремя шахматную доску уронить.
Хватаю айфошу и вызываю такси. Настала пора шоппинга.
Возвращаюсь я поздно вечером с горой бумажных пакетов. На Пятую авеню я, разумеется, не поехала, моя мастеркард не резиновая. А вот пошопиться в «Мейсис» от души получилось. Дышу, как загнанный Тотошка, но улыбка с лица не сходит.
Вот что значит порция новых тряпочек для девочек.
Мама носится по дому как угорелая в предвкушении поездки, собирая всё до последней мелочи. По опыту знаю, что это только мы, русские, в поездках такие запасливые. У нас в чемоданах как в закромах у Плюшкина, найдётся всё: активированный уголь, лекарство от диареи, нитка с иголкой, штопор, утюг, туалетная бумага, зонт и даже бомж-пакет на случай непредвиденной голодовки. Потому что всегда подсознательно готовимся к худшему.
Поэтому и разочаровываемся редко.
И я рада за маму, правда, рада. Она всю жизнь мечтала о сказке, и, наконец, нашёлся мужчина, который её подарил. Кругосветное путешествие с любимым, чем не сказка? Ещё одно подтверждение тому, что после сорока жизнь только начинается. Нужно будет не забыть об этом, если на моём пути встретится ещё один любитель помахать шлангом на чужом газоне. В глазах окружающих я — Железная Леди, Славик — стальные яйца. Одна только Верушка знает, сколько часов я ревела у неё на коленях, когда узнала, что мой Серенький мне изменял.
Потому что каждая женщина, какую бы альфа-самку и охотницу за пенисами из себя ни корчила, мечтает об одной-единственной большой и чистой любви."
"— Славик, я так нервничаю, — мама мечется по кухне словно хомячок под экстази. — Это ведь так надолго...а вдруг я подцеплю заморскую болячку?
— Эболу? — уточняю, с трудом сдерживая смех.
— Да хоть и её.
— Просто не ешь сырых обезьянок, мам, и всё обойдётся.
Мама хмурится, не желая воспринимать мою попытку её развеселить.
— Всё бы тебе над матерью шутить, Славик. И тебя здесь одну оставляю. Совсем одну.
— Да что со мной случится, мам? Тем более я под присмотром Гаса.
— Кстати о нём. Ты бы оделась поприличнее, он скоро приедет.
То есть его слова о переезде сюда не были блефом. Мы, действительно, будем жить под одной крышей несколько месяцев. «Том и Джерри. Возвращение», чтоб меня.
