Странно, правда? Вот и царь Дайн, я уверен, считает так же.
– Хочешь сказать, его отравила Аврора? Но он умер спустя месяц после их отъезда.
Тристан поднялся с кровати и направился к столику, чтобы налить вина. Внезапно к нему подлетела Кристин и выдернула бокал у него из-под носа.
– С тебя на сегодня хватит, – строго сказала она. – Вот, выпей лучше воды.
Тристан насупил брови, но спорить не стал. Он выпил свежей воды и вернулся на кровать.
– Аврора хорошо разбирается в травах и зельях. Думаю, ей не составило бы труда приготовить яд, который будет убивать медленно, но действенно.
– Тристан, – в ее голосе послышалась тревога, – твой шпион не разболтает об этом, чтобы заработать побольше денег?
– Нет, я позаботился о том, чтобы он замолчал навек. Но если он успел кому-то рассказать, то дело худо. Судя по последним сведениям, Дайн начинает подозревать в убийстве сына своих приближенных. Многие дворяне хотели бы видеть наследником второго сына – Кая. Но чем больше будет копать северный царь, тем ближе подберется к истинной разгадке.
– Поэтому ты решил сообщить Рэндаллу. Чтобы он смог защитить Аврору?
Тристан кивнул.
– Я решил зайти с обеих сторон. Надавил на ревность Авроры и попытался убедить, чтобы она сама во всем призналась. Но, видимо, она не так смела, как казалась.
Они замолчали, погрузившись в свои мысли. Потом Кристин прошла к гардеробному шкафу и, достав оттуда сорочку и ночной халат, вернулась к кровати.
– Отвернись, – приказала она, и Тристан, раздраженно вздохнув, закрыл глаза рукой.
– И не вздумай подглядывать.
– Не переживай, сестрица, я не хочу ослепнуть при виде твоих голых грудей.
– Тогда шел бы к себе. Я, знаешь ли, не в восторге от того, что мне придется всю ночь слушать твой храп. Я могла бы сейчас развлекаться с Максимилианом.
– Будем считать, твоему любовнику несказанно повезло, и он сможет отоспаться.
– Будешь хамить, я тебя точно выгоню. – Она с силой толкнула Тристана в плечо, но он лишь рассмеялся в ответ.
Кристин легла на свою сторону кровати. Тристан повернулся к ней лицом, согнув руку в локте и подперев голову.
– И все же, – прошептала Кристин. – Как ты?
– Хреново, – признался он.
Ему было хреново, когда Анна, прекрасная, словно ангел, произносила брачные клятвы, а Уилл целовал ее, казалось, целую вечность. Хреново, когда Тристан, как того требовал обычай, пригласил Анну на танец, а она старалась не смотреть ему в глаза.
