Поэтому прокашлялся и бодро проговорил:
- Арсений Васильевич должен уже скоро приехать. А вы перекусите пока, Анна Александровна, на фрукты, вон, нажимайте. Сказать, чтобы подали сюда полдник?
Аня вскинула на него взгляд и фыркнула.
- Опять вы мне все врете.
***
К сожалению, сразу попасть домой, как ему того хотелось, Арсений не смог. Его по дороге задержали дела, пришлось вникать, время тратить, раздражаться. Так что домой он попал уже по темноте.
Только приехал, ему заикнулись было про Ганина, но Арсений махнул рукой.
- Потом. Все потом!
Не до того сейчас.
Вихрем пронесся по дому, плевать было, что прислуга странно на него косится. И прямиком в спальню. А там полумрак. Аня не зажигала свет, стояла у окна. Ждала его.
Ждала.
Его женщина. Его белый ангел. У него сердце сладко щемило и выскакивало горлом. В следующий миг он уже прижимал ее к себе и жадно целовал, не давая опомниться. Изголодался за день. Потом подхватил на руки и понес на кровать.
И тут она вдруг отстранилась и спросила нахмурившись:
- Кто расцарапал тебе лицо?
Ох, ты ж, ё.
.. Арсений мысленно схватился за голову.
- Аня, это не то, что ты думаешь.
- А что я думаю? - спросила она сурово.
Теперь-то – да, не хотелось, но пришлось рассказать обо всем, что было в больнице. И про Марину Прохорову тоже. Аня слушала молча, под конец они уже лежали рядом. Он обнимал ее, положив ладонь на живот, в котором малыш развил невиданную активность, как будто тоже весь день ждал папу.
Слишком яркие эмоции, слишком яркие.
- Все хорошо, Ань, - выдохнул он. – Клянусь, теперь все будет хорошо.
глава 27
Но не бывает, чтобы все идеально.
Той же ночью, под утро, уже начало светать, Демидова разбудил телефонный звонок. Он подкинулся сразу.
- Да, - тихо проговорил, отворачиваясь и прикрывая гаджет ладонью, чтобы не разбудить Аню.
Но она уже открыла большие тревожные глаза и уставилась на него. Он знаком показал - спи, а сам встал с постели и отошел к окну. И вот пока шел, услышал:
- Арсений Васильевич, вы просили передать, если будут изменения.
Арсений узнал голос, понял, что звонят из клиники. Столько дерьмовых мыслей полезло в голову.
- Что? – рявкнул он раздражаясь. - Опять проблемы с его дочерью?
Потом осознал, что повысил голос, повернулся взглянуть на Аню. А она привстала на локте, прикрываясь простыней. Черт! Такое зло взяло — разбудили все-таки! Не дали поспать. Махнул ей рукой, чтобы ложилась.
- Кто допустил ее туда? – спросил уже тише.
