Он некоторое время щурился, глядя в сторону, потом произнес:
- Не зря говорят…
А после кивнул.
- Хорошо, поверю вам на слово.
***
Обратная дорога была не такой уж и долгой. Аня смотрела невидящим взглядом в иллюминатор – и ничего. Никаких мыслей, никаких ожиданий. Чистый лист. Его рубашку она так и не отдала, красно-оранжевая гавайка лежала теперь в ее сумке, тщательно упакованная. А сумку она не выпускала из рук.
Когда подлетели к острову и зашли на посадку, было страшно. Она же помнила тот шквал огня. И да, сверху были видны следы беспорядка и разрушений.
Но…
Это такой парадокс. Вроде бы, все должно быть уничтожено, Аня думала, ее там застанет выжженная пустыня. А нет. Тут по-прежнему пели птички, жужжали насекомые и цвели олеандры. Когнитивный диссонанс.
Однако следов произошедшего было много. Причем неожиданных и в самых неожиданных местах.
- Персонал уже эвакуировали, - негромко проговорил Владимир.
Он шел рядом, сосредоточенный и собранный, как всегда. Наверное, больше, чем всегда.
- Скоро сюда прибудут уборщики, - продолжил он и остановился взглянуть на нее. – Анна Александровна, вы будете вызывать полицию, начинать расследование?
Она качнула головой:
- Нет.
В этом нет смысла. Будет большая шумиха, польется много грязи, в итоге все потом закроют за недостаточностью улик.
- Я хочу разобраться сама.
Да, черт побери. Теневой мир жесток, у него свои законы. Вспомнилось, как Арсений сказал: «Мои дела грязные. Не для такого чистого ангела, как ты». Теперь это ее дело.
Телохранитель смотрел на нее молча, но она почувствовала молчаливое одобрение. Наконец сказал:
- Из наших найти удалось не всех. Вашего мужа тоже найти не удалось.
- Угу, - она оглянулась, подавляя ком, растущий в груди. – Я хочу увидеть весь остров.
И да, они обошли все.
Как ни странно, ее апартаменты оказались почти нетронутыми, их как будто обошел огонь, спаливший там многое. Но основные постройки уцелели, потому что были из камня, пострадала разве что отделка.
***
После этого они спустились на пляж.
Там Аня своими глазами увидела развороченную в основании скалу, покореженную дверь, за которой скрывался провал в темноту. Никогда бы не подумала, что в этой скале есть какие-то помещения. Сейчас все воспринималось отвлеченно.
Их «шалаш», разумеется, сгорел. Жаль, тонкой иглой впилась в сердце боль, накрыли воспоминания.
- Анна Александровна…
Владимир.
Она несколько раз глубоко вдохнула.
- Все в порядке, - ответила не оборачиваясь.
