Но реакция короля была слишком ожидаема: Эрик привязан к Колшеру как к брату, улик нет, свидетелей нет, только слово одного друга против слова второго. А у Нэйта не было желания доказывать что-то с пеной у рта, не имея никаких по-настоящему обличающих доказательств. Тем более, он не хотел, чтобы Эрик мучился мыслями на тему «верю-не верю», пока он будет искать эти самые доказательства, а сколько на это уйдет времени — неизвестно.
Лучше сперва все выяснить и только потом выложить разом, чтобы обрубить быстро, а не растягивать то, что и так будет для Эрика весьма болезненно.
Простояв за колонной несколько минут, Нэйтан провел ладонью по ее поверхности, стирая след от удара. После этого отер кровь со своей кожи — раны уже исчезли.
* * *Два дня спустя
«Лорд Джефрус, прошу вас принять меня по важному делу, а также позаботиться о том, чтобы наша встреча не стала достоянием общественности», — вывел Нэйтан на бумаге уже пятнадцатый раз, изменив лишь имя адресата, и подписался: «П.
М.Н», — эти три буквы уже не один год были узнаваемы любым аренорцем и не требовали дополнительной расшифровки. Придворного мага Натаниэля боялись даже больше, чем его предшественника.
Оставалось еще шесть подобных писем.
Последние два дня Нэйтан не сомкнул глаз. Нужно было слишком много спланировать, голова шла кругом. Он отложил перо и потер ладонями лицо. Необходимо собраться и закончить начатое, иначе все будет зря.
Прочитав в сознании Колшера о его намерении избавиться от Эрика с помощью лорда Робердона, Нэйтан принялся читать всех обитателей замка.
Пришлось даже позаигрывать с принцессой (чего нельзя было делать категорически, чтобы снова не разжечь в ней интерес к его персоне), чтобы иметь возможность коснуться ее и проникнуть в мысли так глубоко, как это возможно.
На самом деле Нэйт собирался прочесть намерения Эрики больше для порядка: раз уж всех, то всех без исключения. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что принцесса не только в курсе планов Колшера, но и является не последней участницей заговора.
Да что там — ключевой фигурой, претенденткой на трон.
Кого-кого, а Эрику он никогда не проверял на верность королю, наоборот, старался избегать ее, искренне полагая, что сестра не способна предать брата. Знатный прокол, последствия которого ему еще расхлебывать и расхлебывать.
Причастность Эрики значительно усложняла дело.
