Подается ко мне, чтобы обнять, а я отшатываюсь. Не хочу, чтобы он касался меня.
Мерзкий тип. Он вызывает лишь одно желание - провести дезинфекцию и помыться с хлоркой. Не представляю, как вообще ложилась с ним в одну постель. Терпела его жалкие потуги, думая, что дело во мне. Лепила из куска собачьего дерьма конфетку.
Настолько я не уважала себя!
Мне кажется, после Арса я ни одного мужика к себе подпустить не смогу. Пусть он ветреный бабник, но планка задрана слишком высоко. Никто с ним не сравнится.
Значит, всё-таки останусь старой девой.
С горячими воспоминаниями и… кошками.
- Заведу мейн-кунов. Или сразу тигров, - размышляю вслух.
- Как же Арсений, с которым мы вчера ужинали? – вмешивается папа, хмурится и пытается восстановить нить событий.
- Он мой босс, - пожимаю плечами.
- Я на минутку, - перебивает нашу неприятную беседу Ярик, вылетая из кабинки с трезвонящим телефоном в руках.
Брат бросает меня на произвол судьбы и растерзание матери. Пока он будет болтать, меня здесь сожрут и косточки обглоданные выплюнут.
Первым начинает кусаться Пашка.
- Да спит она с ним, - пренебрежительно выплевывает он, осознав, что притворяться больше нет смысла. – Сама мне хвасталась, что он к ней приставал. Радовалась небось, хоть кто-то позарился! А ещё меня обвиняет в измене!
Мне нечего сказать в противовес его грязным словам. Я провела с Арсом лучшую ночь в моей жизни. Одно лишь воспоминание о ней заставляет меня улыбнуться.
- Спала я с тобой, Паш, причем без задних ног. А с настоящим мужчиной не до сна, - подмигиваю ему, наблюдая, как он чернеет от злости и шока.
- Мстислава! – театрально хватается за сердце мать. - Никогда бы не подумала, что ты такая легкомысленная!
- У меня была хорошая наставница, которая учила своим примером, - огрызаюсь слишком дерзко.
Мой маленький мирок, сотканный из лжи, наконец-то рушится. Внутри я плачу, зарывшись лицом в подушку, но внешне – скала. Оказывается, это так больно – быть сильной.
- Неблагодарная!
Она заносит руку, чтобы дать мне пощечину, но отец перехватывает ее ладонь.
Предупреждающе покашливает, отрицательно качая головой. И мама подчиняется. Впервые за долгие годы брака.
- И всё же… - задумчиво тянет папа. - Что у вас с Арсением?
- Я не знаю, - шумно вздыхаю, вгоняя обоих в ступор. Не скажу же я, что между нами просто секс, и то ненадолго. Надоело оправдываться и стараться всем угодить. Поэтому я жестко, безапелляционно выпаливаю: - Это моя жизнь, и я будут делать с ней то, что захочу.
