– Но я Рыбкиной домой позвонила. Не сразу, недели через две. Услышала в трубке ее голос и спросила: «Тетя Лена, скажите честно, вы с мамой поругались?»
– И что? – заинтересовалась я.
– Рыбкина помолчала и задала вопрос: «Вы кто?» Я, знаете, удивилась и представилась полным именем. «Кто?» – с изумлением переспросила Лена. «Настя Смолякова, – ошарашенно повторила я, – дочка Милады». Тогда из трубки послышалось легкое покашливание, а затем тот же голос сообщил: «Вы ошиблись».
– Может, Лена, уезжая, сдала кому-то квартиру? – предположила я.
– Так часто делают, а ты просто перепутала голоса.
– Нет, это она отвечала.
– Очень странно.
– Ага, – кивнула Настя. – Наверное, что-то у них произошло…
– Можешь дать мне координаты Рыбкиной?
Девочка вытащила из кармана дорогой мобильный, открыла записную книжку:
– Пишите…
Я вынула свой, куда более скромный, сотовый, вбила в записную книжку необходимые сведения и спросила:
– Удобно мне будет зайти в комнату Милады?
– Конечно, – улыбнулась Настя, – вы же поломойка, обязаны все помещения в порядок привести.
Я встала, и тут стеклянная дверь беседки распахнулась, на пороге появилась Рая.
– Настюша, – ласково позвала она, – иди домой. Хочешь, пирожок испеку с яблоками?
– Супер! – отозвалась девочка. – Толик приехал? Мне скоро в город.
– Машину моет, – ответила Рая.
Настя, подхватив Чуню, побежала в особняк, остальные собаки потянулись следом.
– Иди домывай полы, – приветливо велела мне Раиса. – А если притомилась, могу кофейком угостить.
– Лучше закончу дела.
– И то верно, – кивнула домработница.
– Что с Фаиной?
– В больницу увезли. Через три дня вернется здоровой, уж не в первый раз катается, – усмехнулась Рая. – Ты начинай Миладину спальню мыть. Только осторожно там, ничего у хозяйки на столе не трогай! А я схожу в бабкину комнату, поищу, куда Фаина таблетки заныкала, и выкину их вон.
Глава 9"
"Комната Смоляковой оказалась нелепой. Слишком большая, метров сорок, не меньше, она имела Г-образную форму. Окошки тут походили на щели, и одну стену полностью занимали дубовые шкафы.
Из цельного массива, впрочем, были и кровать, и здоровенный письменный стол с лампой под зеленым абажуром, и тумбочка, и два кресла. В целом антураж напоминал интерьер гостиницы для партэлиты этак тысяча девятьсот шестьдесят второго года.
Впрочем, старомодная обстановка не удивляла, каждый живет, как он хочет. В нашем ложкинском особняке тоже не имеется кресел и кроватей из гнутых трубок вкупе с точечным светом галогеновых ламп.
