Я не согласен, поняла?
— Отпусти меня… Пусти, дурак… — шепчет она, вырывая руку, и вяло как-то выглядит это движение, словно на ту самую стервозно-холодную речь, на тот самый надменный вид ушли все эмоциональные силы, — ты — мне не нужен, понимаешь? Не нужен! Ты — никто. С тобой только в постели… И все. Все.
— Зато ты мне нужна, ясно? — рычу ей в губы, — в постели? Хер с ним. Пусть так. Иди к своему женишку… И помни, что совсем недавно, буквально пять минут назад, я тебя трахал. Помни про это все время, пока будешь ему улыбаться.
И помни, когда будешь отправлять его сегодня нахуй. Ясно? Ты с ним спать не будешь.
— Не тебе решать…
— Мне.
— Ты… Ты — ненормальный…
— Плевать.
— Отпусти…
— Нихера.
Провожу большим пальцем по подкрашенным губам, стирая с них помаду. А затем жадно целую в приоткрытые губы.
Эвита… Отвечает.
Она тоже не может устоять передо мной.
Сука, мы оба — дураки какие-то!
До слюней хотим друг друга, и почему-то отбрыкиваемся! Она отбрыкивается.
Но ей можно, ей простительно ошибаться.
Она же женщина.
А я — мужчина.
И только я буду решать, когда прекращать этот фарс. И как это сделать без ущерба для своей женщины.
Мало вводных данных. Но ничего. Поищем.
Отпускаю ее, позволяя практически сбежать к тому бугаю, который все еще думает, что она — его, не подозревая, что это давно уже не так.
Пусть идет. Пока.
А я буду выяснять, что это за блядство вокруг происходит.
С нами происходит.
Ну и решать вопрос. Как любой нормальный мужик.
Глава 25
— Вася, вот скажи мне, сколько раз я тебя выручал?
— Много… — голос приятеля из конторы звучит уныло и не особо вдохновенно, но мне похер.
"
"Я, конечно, не люблю вспоминать о долгах, как-то это вообще не по-мужски, неправильно, но иногда приходится. В крайних случаях.
Этот — крайний.
Вася — не последний человек в системе МВД, естественно, редкостный говнюк, к которому на кривой козе не подъедешь, и мой, можно сказать, последний вариант.
Бура уже не напрягу, потому что, во-первых, он все же завершил свой очередной шедевр, сдал его издательству и своим партнерам по электронке, и теперь пребывает в радостно-творческом запое.
Во-вторых, он и без того мне сильно помог, еще больше на него навешивать… Неправильно. Ну, и в-третьях, чует моя печенка, что тут он мне не помощник.
Слишком непросто все. Не на поверхности.
Я, конечно, сам накосячил, полез сразу к Эвите, думал, тупо разведку боем устрою. Блиц-криг, мать его.
А не получилось с нахрапу-то.
Секс получился, тут не скажешь ничего.
