И это его предупреждение… больше похоже на попытку запугать и заставить меня сидеть тихо.
— Может, и так, — согласилась кошка, запрыгивая мне на плечо. — Но он хотя бы предупредил. Мог бы просто молча пакостить. У него есть какие-то свои, кривые, но все-таки правила чести.
Вечером, после всей сделанной работы в больницы, мы с Артемом сидели в просторной гостиной нашего пентхауса и молча пили чай.
За панорамным окном расстилался ночной Владимир, сияющий миллионами огней. Странно. Всего три дня назад это место казалось дворцом из другой, недостижимой жизни.
А теперь… теперь это была просто временная, очень комфортная квартира. Роскошь перестала впечатлять, стала обыденностью.
— Слушай, — нарушил тишину Артем, отставляя свою чашку. — Вроде бы пора и честь знать. Пора домой. Барон поправляется семимильными шагами, кризис миновал, динамика идеальная. Наша работа здесь, по сути, закончена.
— Согласен. Если завтрашние утренние показатели будут в норме, можем выезжать после обеда, — я откинулся на спинку дивана.
Решение было основано не на желании, а на профессиональной оценке. Я не оставлю пациента, пока не буду на сто процентов уверен в его стабильности.
— Отлично! — он с удовольствием потянулся так, что хрустнули суставы. — Хоть и хорошо тут, как в раю, но дома все-таки лучше. Да и работы в Муроме накопилось, наверняка.
— Это точно. Три дня нас не было — небось уже целая очередь из плановых грыж и холециститов выстроилась, — усмехнулся я. — Шаповалов, наверное, уже места себе не находит.
— Ага, а твои Величко с Фроловым небось опять что-нибудь напутали, — подхватил Артем.
— Ты и их знаешь уже в работе? — усмехнулся.
— Да, конечно. Они же регулярно с Шаповаловым практику проходят. Интересно, как они там без тебя справляются? Ты же для них как ходячий справочник.
— Справятся, — я пожал плечами. — Пора им учиться самостоятельности.
Мы помолчали, каждый думая о своем. Артем — как будто о доме, я — о том ворохе дел, который ждал меня в Муроме. И не только медицинских. Разговор с Кристиной и Мышкиным не выходил из головы.
Уже позднее, когда мы с Артемом уже готовились ко сну, каждый в своей спальне роскошного пентхауса, мой телефон завибрировал. Звонила Кристина.
— Илья? У меня все в порядке! — ее голос все еще дрожал, но теперь в нем звучали нотки облегчения и триумфа. — Дядю с Сычевым арестовали прямо у моего подъезда! Они сейчас в следственном изоляторе Гильдии!
Хорошо. Мышкин сработал быстро и чисто. Угроза для Кристины нейтрализована.
