Ловлю себя на том, что даже в работе на некоторое время переключаюсь на мысли об Элине. Закрываю глаза перед сном, а в голове возникает не анализ следующего дня или предстоящего дела, а разбор поведения Элины.
И отрицание. Я отчаянно пытаюсь отрицать все эти чувства и эмоции. Пытаясь отвергнуть или рационально объяснить.
В данный момент я веду Элину наверх в свою спальню и не понимаю, чего хочу больше: наказать за побег и посылы в мою сторону или… Она так отчаянно хочет доказать мне, что свободна, но идёт за мной, безоговорочно доверяя.
Как тут не сделать выводы, что девочка специально нарывается?
Завожу ее в спальню. Запираю дверь и задергиваю плотные шторы. Элина останавливается возле кровати и разворачивается ко мне.
— Опять отшлепаете меня, Мастер? — хитро спрашивает она. — Уже не оригинально, — голос наиграно скучающий. Она садится, опирается руками на кровать позади себя, немного откидываясь назад, рассматривая меня в полумраке комнаты.
Нет, моя плохая, дерзкая девочка, сегодня будет наказание удовольствием.
Поверь, это тоже невыносимо и гораздо хуже боли. Будем учить тебя вежливости. Так я думаю про себя и молча иду к встроенному шкафу. Вынимаю оттуда черную коробку с инструментами «пытки». Да, я специально привез сюда это для Эли.
— Ммм, как интересно, — не унимается Элина. — Что там?
— Скоро узнаешь, — спокойно отвечаю я и ставлю коробку на прикроватную тумбу. — Ты много разговариваешь. Нечем занять рот? — усмехаюсь и снимаю пиджак.
— Фу, как пошло, — закатывает глаза.
— Я не буду это делать.
Приподнимаю брови, вешая пиджак в шкаф.
— Очень плохая девочка, — ухмыляюсь, закатывая рукава рубашки. — Я совсем не минет имел в виду. Хотя… — задумываюсь и подхожу к ней. — Я знаю и способ наказания минетом. Но тебе совсем не понравится, и, думаю, твое горло не готово к таким испытаниям.
Звучит пошло и грязно, зато в ее глазах пропадает шкодность. Голубые, лазурные омуты распахиваются, смотрят на меня с возмущением.
— А ты как думала, Элечка? — подаю ей руки, помогая подняться с кровати.
Хватаю края ее шерстяного платья, тяну его вверх, снимая и откидывая в кресло. И вот она, моя настоящая покорная девочка. Кусает губы, позволяя мне себя раздеть, даже не представляя, что ее ждёт. Привет. Я скучал.
Берусь за резинку колготок и стягиваю их вниз.
— Сядь, — мягкий приказ. Сегодня она послушнее. Почти идеальная. Сажусь перед ней на корточки и стягиваю с красивых ног черный капрон. Люблю раздевать женщин и одевать тоже.
