Я никуда не тороплюсь, наша прелюдия будет долгой. Весь кайф в предвкушении. В процессе, в действии и в эстетике. И я готов поспорить, что Эле это все тоже нравится. Несмотря на легкую панику и страх неизвестности, она уже мокрая. Я чувствую это по увлажненным трусикам.
Сминаю обрывки стрингов в кулаке, откладываю ножницы на тумбу и вновь нависаю над Элиной, упираясь одной рукой на спинку кровати.
— Открой ротик, — прошу я, всматриваясь в ее слегка затуманенные поволокой глаза. Моя послушная девочка подчиняется, и я вкладываю ей в рот ее трусики, проталкивая их двумя пальцами.
— Умница, закуси их зубками и не смей выплевывать. — Вот мы и заняли твой дерзкий ротик.
Провожу пальцами по ее губам, даря немного ласки. И отступаю. Вижу, как по ее коже пробегаются раскаты мурашек, соски наливаются, напрягаясь. Это своего рода тоже живое искусство – вот так создавать красоту только для себя, наслаждаясь ей.
Достаю из коробки пару мягких ремней для фиксации ног. Кидаю их на кровать, усмехаясь над тем, как внимательно следит за мной Элина, начиная подрагивать.
— Тихо, тихо, — поглаживаю слегка дрожащий живот. — Расслабься, мы только начали.
Давно я не получал такого удовольствия от процесса. Я возбужден не меньше ее. Но мой кайф в другом.
— Согни ноги в коленях! — включаю холодный тон для понимания, что это нужно исполнять медленно. Послушная, исполняет, но ноги смыкает, пряча от меня лоно. — Раздвинь ноги! — Медлит, и я не дожидаюсь, сам нажимаю на колени, раздвигая ноги. Беру ремень, накидываю на согнутое колено и затягиваю его в таком положении.
Не сильно, ничего не передавливая. Элина дергается, рвется, но это рефлексы, поначалу все действуют на инстинктах, когда их лишают свободы и воли. Наклоняюсь, целую коленку, проводя по ней губами успокаивая девочку.
Вторую ногу фиксирую в том же положении. Достаю веревку, продеваю ее сквозь ремни и привязываю к ножкам кровати, проделываю то же самое со второй ногой, надежно фиксируя. Девочка распята, широко раскрыта для меня и весьма уязвима.
Очень сложно в такой ситуации доверять, потому что я могу творить с ней что хочу, не предоставляя возможности закрыться от меня.
Отхожу на пару шагов назад, рассматриваю свое творение. Очень красиво. Девочка совершенна. Медленно веду взглядом по распятому телу и встречаюсь со взглядом Элиной. Немного растерянная, капельку напугана, но возбужденная. Дышит тяжело, периодически сильнее закусывая трусики.
— Ты прекрасна в этой позе. В тебе все совершенно.
