К ней присоединяется новый персонаж. Красивый мужчина, которого, я предполагаю, зовут Самсон, потому что он щеголяет в длинном роскошном парике с золотыми кудрями, ниспадающими каскадом на спину. Либо это парик, либо это его настоящие волосы, и я завидую.
Далила начинает петь Самсону сладким сопрано, которому противоречат чувственные движения ее тела. Я предполагаю, что это и есть соблазнение. Что-то в том, как она двигает бедрами и откровенно пытается трахнуть красивого мужчину, вызывает странное напряжение у меня между ног.
Никогда не думала, что меня так заведет опера, но вот мы здесь.
— В какую порнографию ты меня втянул? — Я шепчу Райдеру.
— Как будто тебя не задело. — Его голос звучит мягким, дразнящим шепотом.
— Не задело.
— Угу.
Прежде чем я успеваю отреагировать, он просовывает руку под подол моего платья.
Мое сердце останавливается.
— Не задело, да?
— Не-а.
Его пальцы танцуют по моему бедру, прежде чем он сгибает их, чтобы потереть костяшками мою внезапно увлажнившуюся сердцевину.
— Правда? — Один дразнящий палец скользит под кружево моих тонких трусиков. Я задыхаюсь, когда кончик проникает внутрь меня. — Тогда почему ты такая мокрая?
Весь кислород покинул мое тело. И вся кровь скопилась у меня между ног, пульсируя в клиторе.
— Это не так, — выдавливаю я ложь.
— Мой палец не согласен."
"Он осторожно его вынимает, и я вскрикиваю, когда он подносит его к губам и сосет.
— Манеры! — Шиплю я.
— Что? Это не я заливаю все сиденье.
— Это не так, — слабо отвечаю я.
— На мне нижнее белье.
— Да, кстати об этом. Это проблема. Снимай его.
Я не могу сдержать волнение, которое пронзает меня.
— Люди увидят.
— Здесь слишком темно, и все равно их глаза устремлены на сцену. Снимай его.
Что-то овладело мной. Может быть, это незамутненная похоть, горящая в его глазах. Может быть, это его глубокий, повелительный голос. Может быть, это из-за возбуждения, бурлящего в моих венах.
Делая глубокий вдох, я осторожно просовываю руку под платье.
Я колеблюсь, когда добираюсь до края своего облегающего нижнего белья.
Райдер следит за каждым моим движением. Ждет.
Я хватаюсь за материал дрожащими пальцами, отрываю задницу от сиденья, а затем спускаю трусики вниз по бедрам. Все это время я смотрю прямо перед собой на случай, если кто-нибудь в ложе напротив обратит на нас внимание. Но взгляды других посетителей восторженно сосредоточены на чувственном зрелище внизу, а не на том, что наверху.
