Дважды Пол подбирался к окнам, прислушиваясь и вглядываясь в темноту, и дважды возвращался: по его мнению, выходить было слишком опасно. Наконец, он решился, но для начала отсиделся некоторое время за разбитым такси возле входа. Убедившись, что рядом нет ни страшного отряда ночных убийц, ни безумных Охотников – тишину нарушало только далекое гудение двигателей военного самолета, – он позвал нас. Мы перебрались к нему за машину.
– Теперь можно? – спросила Фелисити.
– Думаю да. Джесс?
– Я поведу.
Пол снял прибор ночного видения и протянул мне, но я отвел его руку.
– Я привык к темноте. И к этим улицам. Идем, тут рядом. Еще квартал на юг после перекрестка.
– Рокфеллеровский центр?
– Собор Святого Патрика.
Мы сидели на корточках за грузовиком. Вдруг в небе полохнуло, и яркая вспышка осветила обгоревший кузов.
– Что это? – вздрогнула Фелисити.
Вместо ответа раздался глухой рокот, и почти сразу стеной повалил снег.
– Гроза, – сказал Пол.
– Как гроза? Зимой? – удивился я.
Еще одна вспышка осветила всё вокруг.
В этот раз я увидел в небе излом молнии, и тут же раскатисто громыхнуло. Из–за пелены густого снега стало ничего не видно.
– В природе всякое случается. Начинается гроза, но вместо ливня идет снег. Так бывает, когда погода нестабильная. Ночка будет та еще.
Следующий раскат грома оглушил нас и заставил подпрыгнуть от неожиданности, а Фелисити даже вскрикнула, потому что молния не заставила себя ждать.
– Сколько это будет длиться?
– Около часа, – ответил Пол. – Но снег так быстро не кончится.
В этот раз молния сверкнула одновременно с раскатистым ударом грома.
– Еще квартал? – робко предложил я.
Мы сидели, прижавшись друг к другу."
"– Только поведу я, – сказал Пол, не снимая прибора ночного видения, хотя нужды в нем не было: непрерывно сверкавшие молнии были лучше любого фонаря. – Мы ничего не услышим, но и они ничего не увидят в приборы. Может, даже решат отсидеться где–нибудь, пока погода не успокоится.
В огромном соборе Святого Патрика было холодно и темно. Время от времени пространство загоралось разноцветными отблесками молний, прорывающихся сквозь витражи.
– Где она? – спросил Пол.
– Под кафедрой.
Мы двигались быстро. Свечи зажигать не стали, чтобы не терять время. Зато Пол включил фонарик на стволе винтовки: тонкий, но мощный луч немного рассеивал зловещие тени.
– Ждите здесь, – приказал Пол, сняв рюкзак и подав нам с Фелисити какие–то непонятные, довольно объемные штуки, судя по всему, сделанные из резины и пластика.
