— Неправда. — Она шлепает меня книжкой, и удар оказывается не из мягких, но от этого хочется смеяться лишь сильнее.
— Правда, и это хорошо. — Я выхватываю книгу из ее руки прежде, чем она ударит сильнее. — Мне это нравится.
Румянец появляется на ее щеках и в секунду, когда я понимаю, что сказал, я закрываю рот, отворачиваясь от нее, смущаясь до чертиков.
Внезапно ее пальцы прикасаются к моим, и я дергаюсь, но тут же расслабляюсь, когда замечаю, что она переплетает наши пальцы.
— Ты мне тоже нравишься, — отвечает она с милой улыбкой.
В этот момент у меня складывается такое впечатление, что все мое прошлое ничего не значит по сравнению с временем, которое я провожу с ней.
* * *Настоящее
От одной мысли об этом мне хочется хрустеть костяшками, желая стереть это из своих воспоминаний. О, теперь я проведу с ней все время в мире. Только не так, как я себе это представлял. Я больше не тот наивный мальчик, а Ванесса больше не милая девочка, которую я знал.
Время изменило нас. Не пощадило меня, а теперь не пощадит ее.
Больше нет. Она утратила свой шанс, и теперь я опустошу ее.
Глава 9
ВАНЕССА
Вперед. Назад. Влево. Вправо. Он продолжает ходить вокруг моей клетки, пожирая меня жадным взглядом каждую секунду, а потом вновь возвращается к хождению по чердаку. Интересно, о чем он думает? Представляет способы моих пыток? Пытается решить, какой метод выбрать для моих истязаний? Или просто не может определиться?
Сама мысль вызывает у меня мурашки по коже. Я не хочу размышлять о том, что он может со мной сделать, но с его шагами по комнате мне больше не о чем думать.
Само его присутствие заставляет меня дрожать от страха и вызывает отвращение. Обычно я не такая, не такая… слабая и не заикаюсь во время разговоров. Ненавижу это. Ненавижу такое свое поведение, и все равно не могу прекратить. Словно сам ужас поселился в моих костях.
Никогда прежде я не испытывала подобного. По крайней мере… с тех пор, как мы остались наедине.
Наверное, дело в нем, но я не понимаю, почему мое тело реагирует на любое его действие.
Он единственный мужчина, сумевший заставить меня содрогнуться настолько сильно, что во мне проснулось желание схватить пистолет и пристрелить его. Мужчины никогда не угрожали мне. Черт, они пугались меня и сбегали. Или же боялись моего равнодушия к их эмоциям.
Кроме него… Феникса…. То, как он смотрит на меня, останавливаясь на секунду, чтобы прикусить свой пирсинг, делает что-то со мной.
