То, как он проводит пальцами по темным волосам, чтобы сфокусироваться, пленит меня. Мое сердце бьется бесконтрольно от его уверенных шагов, ястребиных глаз и черноты, спрятанной глубоко в них. Я хочу это все. И мне хочется убить его за то, что он делает это со мной."
"Словно меня оставили в лапах безжалостного животного, которое раздерет меня в клочья, если мне не удастся соблазнить его и уговорить отпустить меня. Кстати, это мой единственный выход из этой клетки.
Хотя, я знаю, что он не купится на это так легко.
Он слишком хорошо меня знает. Мне всего лишь нужно стараться усердней, чем раньше. Пустить в ход обольщение — единственный мой выход из этой ситуации. Что еще я могу сделать, если заперта в этой клетке и оставлена на его милость?
Ничего, кроме как убедить его не причинять мне боль… Может, когда он начнет доверять мне достаточно, чтобы выпустить меня.
Когда он хлопает дверью, я подпрыгиваю и ударяюсь головой о прутья клетки. Он принес мою винтовку снизу. Меня мучает вопрос, что он собирается с ней сделать.
С порочной улыбкой и приподнятой бровью парень смотрит на меня, кладя винтовку на столик у двери, а затем достает пистолет из своей сумки.
— Больше — не всегда значит лучше. Если речь не о члене, естественно, — говорит он, улыбаясь.
От вида его улыбки я содрогаюсь, так как знаю, что все принесенные им инструменты предназначены для меня. Если буду вести себя хорошо, может, он сжалится надо мной. Попытаться стоит. Я пока не намерена умирать, но также не собираюсь торчать в этой клетке вечно.
Он проходит ко мне и взводит курок пистолета. Думаю, он не сжалится надо мной, что бы я ни делала.
Встав в угрожающую стойку, мужчина поднимает пистолет, нацеливаясь мне в голову.
Прикрываю ее руками и кричу:
— Пожалуйста, не стреляй!
— Нет?
— Нет. Не надо! Прошу!
— Или что?
— Я не хочу умирать! — визжу я, слезы набегают на глаза.
Увидеть его не получается, но я слышу, как он приглушенно смеется.
— Могу поклясться, именно так ты умоляла меня определенное время тому назад.
— Пожалуйста… — бормочу я. Не знаю, что еще сказать. Я не хочу умирать. Это бесчеловечно. Но и страдать тоже не хочу. Это типа выбор, разве нет?
— Что ж, думаю, тогда отдам предпочтение боли, — раздумывает парень, пряча пистолет на поясе.
— Нет, — произношу я, шмыгая носом и опуская руки.
Мне хочется сбить эту ухмылку с его лица, но я не могу дотянуться до него. Ненавижу эту долбаную клетку.
— На двух стульях усидеть не получится, Принцесса.
