Образы из кошмара застилают мне зрение и воспроизводятся как в замедленной съемке в темных уголках моего подсознания. Все, что я вычеркнул из своей жизни, постепенно возвращалось в мое непосредственное присутствие. Не лично, а как призраки и тени.
Я смотрю на отметины и шрамы от порезов, скользящие по моей коже, служащие постоянным напоминанием о том, что произошло до того, как я попал сюда.
Причина, по которой я избежал всего этого.
Это также причина, по которой у меня есть эта чертова потребность вернуться и управлять всем.
Каждой последней частицей.
Никто не сможет контролировать меня, если я буду лидером. Никто не может отказать мне в чем-либо или приказать мне что-либо делать. На самом деле, все будет наоборот.
Но это ни здесь и не сейчас.
Я надеваю брюки и футболку, затем тихо выхожу из комнаты и направляюсь в пустой тренировочный лагерь. Солдатам была предоставлена ночная прогулка, так что они все уехали, чтобы напиться и получить немного киски, пока могли. Включая моих собственных людей, которые обычно следуют за мной, как тени-подражатели.
Тем лучше. Пустая тьма дает мне необходимое пространство, которое позволяет мне бегать и доводить себя до предела своих физических возможностей. Это верный способ зарядиться энергией и стереть кровавые события из предыдущего кошмара.
Или, скорее, как воспоминание.
Несмотря на яркую лунную ночь, холодный воздух с каждой минутой все глубже пробирает меня до костей, но я всегда находил утешение в морозной погоде.
Что-то в суровых природных условиях позволяет мне сливаться с ними и видеть себя частью экосистемы.
Я разрушительная сущность, без всяких угрызений совести уничтожающая все на своем пути.
Мой выбор неограничен, все что я делаю, будет названо стихийным бедствием. Я не выбирал быть таким, но это случилось, и вместо того, чтобы бороться с этим, я принял это. Полностью.
Без всяких расспросов.
Либо так, либо я стал бы сопутствующим ущербом в более крупной и опасной игре.
Стонущий звук доносится до меня с другого конца дорожки, и я останавливаюсь.
Это снова звучит как «Угх» очень знакомым низким голосом.
Я осторожно и бесшумно следую за голосом. Ночь служит мне камуфляжем, а тишина - моим прикрытием. И действительно, когда я добираюсь до источника шума, я нахожу темную фигуру, отжимающуюся от земли.
Только здесь не все так темно.
Руки, выглядывающие из-под футболки, бледно-белые в ночи, а лицо красное от напряжения.
