Ты никогда не рассказывала ни о ком, с кем встречалась, и не привозила никого домой из Нью-Йорка, когда несколько раз возвращалась. И все это было так… неожиданно.
— Честно говоря, hermanita (сестренка), — вмешалась Изабель с подозрительным интересом, — мы думали, что ты закончишь как одна из тех старушек, которые посвятили свою жизнь кучке кошек. Но вместо кошек это должна была быть рыба. Или… гекконы, потому что у тебя аллергия на кошачью шерсть, — она хихикнула. — Мы постоянно говорили об этом на семейных собраниях.
— Спасибо за веру, — пробормотала я, а затем показала язык в направлении моей сестры. Я не могла поверить, что они говорили такие вещи с кем-то, с кем, по их мнению, я встречалась. Или еще лучше, с кем-то, с кем, как они знали, я встречалась, сидя прямо тут. — Мне повезло, что у меня есть ты.
Пальцы Аарона сжали мои немного крепче, и я почувствовала, как мои пальцы ответили на этот жест.
— Нет, мы не говорили о таких вещах, — твердо возразила моя мать, бросив взгляд на другую дочь. —Перестань дразнить свою сестру, Изабель.
Завтра ты выходишь замуж.
Изабель нахмурилась.
— Какое это имеет отношение к…
Мама взмахнула рукой в воздухе, отклоняясь от моей сестры.
Я хихикнула, наблюдая, как она скрестила руки на груди.
— Мы никогда не думали, что ты останешься одна, Лина. Но мы боялись, что тебе будет одиноко, — она посмотрела на Аарона, и ее взгляд смягчился. — И зная, что это не так, что тебе есть на кого опереться и к кому вернуться домой, может быть, даже назвать домом однажды, заставляет меня немного лучше спать по ночам.
Мужчина рядом со мной не колебался, когда заговорил: — Я могу обещать вам это, — его голос достиг моей кожи, как ласка. Заставляя мое сердце биться о стенки груди, желая вырваться наружу так же сильно, как я не хотела слышать то, что должно было произойти. — У нее всегда буду я, — его большой палец ласкал тыльную сторону моей ладони. — Она еще не знает этого, но она застряла со мной.
Я не могла не посмотреть на него. После этого я не могла не захотеть вглядеться в его красивое лицо.
В данный момент это не должно было меня так сильно удивлять. Аарон обладал такой властью надо мной. Итак, я сделала именно это. Я позволила себе повернуться. Его глаза уже были прикованы ко мне.
Он тоже чувствует это притяжение? Это желание заглянуть мне в лицо в поисках ответов, которые, как он думает, он найдет?
Пытаясь взять свое сердце под контроль, я с трепетом вглядывалась в эту океанскую синеву. И с предвкушением тоже.
