Ты уже забыла нас или дела?
— Дела, как всегда. Я пришла с подругой.
Регистраторша тепло поздоровалась с Соней, которая ответила еле слышно. Постепенно она стала подмечать отдельные детали и обнаружила, что ощущает что-то похожее на любопытство. Почему инспектора встречают с такой теплотой?
Из коридора вышел круглолицый мужчина с кофе в пластиковом стаканчике, над которым поднимался пар.
— Рад тебя видеть, Элена. Встреча начинается, ты идешь?
— Не сегодня, Рамон. В другой раз.
— В последнее время ты что-то редко заходишь.
— Ну, мне уже лучше. Но я зайду как-нибудь, чтобы увидеть вас всех.
— Не бросай это, Элена.
Рамон вошел в комнату и оставил дверь открытой. Соня чуть наклонила голову и увидела двенадцать человек, сидящих по кругу. Элена объяснила ей, что каждый из них потерял близкого человека и должен поделиться своим горем с другими, которые оказались в таком же положении. Похоже на групповую терапию, которая помогла ей не чувствовать себя одинокой в мире.
— А почему вы сюда ходили? — спросила Соня.
— Это давняя история. Но со мной уже все в порядке, не беспокойтесь."
"Лгать Элена Бланко не любила, но что оставалось делать? Если бы у нее хватило мужества, он села бы сейчас с этими людьми и призналась в том, что происходит с ней на самом деле. Что, придя домой, она не ложится спать, а принимается просматривать фотографии людей, прошедших через арку на Пласа-Майор, и потом долго плачет, сознавая, что поискам нет конца. От этой мысли ей стало не по себе, и она почувствовала, что надо уходить.
Она попросила Майте позаботиться о Соне, заверила Соню, что оставляет ее в хороших руках, и выбежала из здания, перескакивая через две ступеньки.
Оказавшись на улице, она с силой выдохнула несколько раз. И пошла куда глаза глядят, чувствуя, что город хочет ее раздавить. Среди прохожих у витрины обувного магазина ей привиделся пятилетний мальчик. Она моргнула, ребенок исчез. Хотелось заплакать, но Элена гордо сжала губы и решительно направилась в Западный парк. Там она легла на траву среди деревьев и лежала неподвижно, глядя в небо Мадрида, пока не стемнело.
Глава 44
Сарате застал Асенсьон в полной растерянности: как ни старалась, она так и не смогла успокоить разъяренного мужа. На полу валялись осколки разбитых тарелок и чудом уцелевшая ваза, повсюду были разбросаны диванные подушки.
— Приходила инспектор, задавала много вопросов. Теперь он весь на нервах, отказывается принимать лекарства. И вот, видишь: все побросал.
— Дай мне с ним поговорить.
