— Джексон?
Он наклонился вперед, упершись локтями в колени, и уронил голову на руки.
— Посмотри на меня, Джексон.
Когда он повернул голову, я увидела слезы в его глазах. Я положила руку ему на спину и погладила вверх-вниз.
— Что ты делал для Кэла Младшего? Когда он сказал, что ты ему должен, что он имел в виду? — мой голос становился все выше, почти неистовым, а сердце выпрыгивало из груди от страха.
Он снова закрыл лицо руками. Издал звук — что-то между рыданием и стоном.
Я притянула его к себе и обняла.
— Скажи мне.
Я не буду тебя осуждать.
Он отрицательно покачал головой.
— Расскажи мне.
Он оттолкнул меня, сел и потер лицо руками, словно стирая печаль и гнев. Теперь он был бесстрастен, сидел совершенно прямо и смотрел на дверь, и вот наконец заговорил:
— Я продаю для него травку в школе, — заявил он флегматично. — Младший хочет, чтобы я продавал другие вещи, например, метамфетамин… детям. — Он посмотрел мне в глаза, ожидая найти там разочарование, словно я буду плохо думать о нем… но я никогда не смогла бы.
— Ты больше не будешь этого делать, Джексон. Тебе не нужно.
Я знала, что тема наркотиков просто разрывала его на части — из-за воздействия на его мать и все еще болезненных слухов о смерти его брата. Джексон ненавидел наркотики. Я хотела сказать, что мне жаль. Это была моя вина, что Джексу пришлось делать нечто такое бессовестное, как продавать наркотики детям. Я погладила его спину и отчаянно попыталась успокоить.
Сквозь слезы он попытался выдавить из себя:
— Я чувствую себя таким лицемером.
Младший начал говорить об их подпольной деятельности. Сказал, что он и его отец делали мет в течение многих лет. Так они поддерживали семейный бизнес. Это так мерзко. Деньги, которые мы зарабатывали в детстве, были деньгами от наркотиков.
Я обхватила ладонями его лицо и вынудила посмотреть на меня. Его взгляд был прикован к стене позади меня.
— Посмотри на меня сейчас, Джексон. Мы были просто детьми, собирали яйца. Мы заработали эти деньги, и у нас не было варианта лучше. И какой у нас был выбор в этом городе? Посмотри на нас.
Мы застряли. Я не хочу больше застревать, и не хочу, чтобы ты продавал наркотики, чтобы заплатить какому-то муд*ку за использование его грузовика. Ты не вернешься туда — я тебе не позволю.
Ну вот, теперь плакала и я.
— А если он кому-нибудь расскажет?
— Джексон, ты же умный. Младший никогда не расскажет, потому что он сядет за это в тюрьму. Это они делают наркотики, а не ты. Знаешь, ты мог бы и сам его посадить.
