— Могу поспорить, что ты жаждешь одну прямо сейчас.
— Боже, я душу отдам за шоколадку.
— Так и думала. — Она бросила ее в тележку.
— Что ещё Джекс рассказывал тебе?
— Это не мое дело. Мне и так хватает забот.
Раз — и все мои фантазии о Лейле Фишер развеялись как дым. Я-то думала, она идеальная, что она тот человек, который никогда не сможет спокойно спать, зная, что в соседнем доме я, брошенная и голодная по вине пьющего отца. Но я поняла, что ей все было известно, и про обеды и ужины в сарае тоже… но все равно она не пошла к нам домой, чтобы поговорить с моим отцом.
Когда кучка дерьмовых взрослых постоянно подводит, у ребенка развивается весьма мрачный взгляд на жизнь.
Лейла взяла упаковку из двенадцати бутылок «Budweiser»15 и отнесла наши вещи к кассе.
— Пачку «Сamel Lights»16, — сказала она кассиру и заплатила ему монетками.
По дороге назад она выключила музыку.
— Теперь, когда ты стала женщиной, ты можешь забеременеть. Ты же знаешь об этом?
— Да. Мы учили это в школе.
— Отлично, вам с Джексом следует держать руки при себе.
От тона, которым она это произнесла, меня затошнило.
— Мы просто друзья.
— Вы были просто друзьями, потому что были детьми, — она взглянула на меня. — Но больше вы не дети.
Самое время сменить тему.
— Ты расстроена, что отец Джекса и Брайана ушел?
Она надула шарик из жвачки.
— Прошло уже много времени. Я больше об этом не думаю. К тому же, у Джекса и Брайана разные отцы. Ты не знала об этом?
— Нет, откуда?
— Джекс тебе никогда не рассказывал? Что ж, отец Брайана умер, когда ему было два года.
Автомобильная авария, — она посмотрела вдаль. — Он был хорошим человеком. Брайан очень на него похож, — она казалась подавленной.
— А Джекс похож на своего отца?
— Отец Джекса просто сбежал, гребаный придурок, — она повернулась и посмотрела на меня, все еще жуя жвачку. — Извини, милая, это было грубо. Будем надеяться, что Джекс совсем не похож на своего папу. Некоторые мужчины могут быть настоящими м*даками, если захотят.
Тебе лучше усвоить это прямо сейчас. Но я верю, что когда-нибудь Брайан сделает какую-нибудь девушку очень счастливой.
В моих мечтах Брайан был идеальным принцем — а для какой двенадцатилетней девочки не был бы? Когда я видела, как он подъезжает на своей старой машине, то выбегала на улицу и усаживалась на забор. Когда он проходил мимо меня со своей гитарой, то всегда говорил мне: «Привет, милашка». Но я была слишком застенчивой, чтобы что-то отвечать.
