Но думаю, годы здесь ни при чем. Да, Михаил? Отраву сначала на ком-то опробовали?
– Миша! – ахнула Мария Ивановна. – Господи, наша собачка. Чем она провинилась?
По щекам пожилой женщины потекли слезы.
– Я ничего плохого не заподозрила, когда ты подошел ко мне и сказал: «Мама, Трикси умерла. Тебе не надо на нее смотреть, запомни ее живой». Сын велел мне сидеть в спальне, пока он похоронит йорка. Потом Миша унес домик Трикси, вымыл пол в том месте, где находилась ее любимая лежанка. Он был в перчатках, но меня это не смутило – боже! Ты опробовал отраву в нашем доме!
– Нет, нет, – зачастил Миша.
– Я это в саду сделал, а Трикси вдруг в особняк побежала, в свой домик юркнула и умерла. Я очень тщательно все убрал, ее барахло вывез. Не смотрите на меня так! Я семью от позора спасал.
– Бедняжка Трикси, – зашмыгала носом Флора, – как мне ее жаль.
Виктор кашлянул, и я поняла, о чем подумал адвокат. Слова жалости невестка Демидовых произнесла впервые за все время беседы. Похоже, смерть Вики, Кати и Лауры Кукасян ее не очень тронула.
– У Дарьи есть еще вопрос, – сказал Брунов.
Я выпрямилась.
– Я потеряла сумку под окнами особняка Демидовых. Мария Ивановна, сделайте одолжение, расскажите, что вы сделали, когда ее увидели?
Демидова сморщилась так, будто сделала глоток свежевыжатого лимонного сока."
"– Я сразу поняла, чем вы занимались. Мерзкое поведение. Принесла сумочку в комнату и показала Михаилу: «Вот что госпожа Васильева потеряла под окном. Сто раз вам с Геной говорила, еще когда мы в «Акации» жили: соседи очень любопытны.
Оттого, что миллионы на особняк заработали, они не стали интеллигентнее. Хотите с братом поболтать? Закрывайте окна или беседуйте на веранде, к ней тайком не подойти. Что вы мне отвечали? «Мама, тебе везде враги мерещатся». Ну и как ты теперь отреагируешь? Дарья вас с Геной подслушивала, ей до всего дело есть. И не спрашивай, откуда я знаю, чье барахло, в сумке ее права лежат».
Михаил мне ответил:
«Мама, она могла идти мимо и уронить ее.
Ты слишком подозрительна».
Я возразила:
«Мимо идти? Под нашими окнами? Глупее ничего не слышала!»
Миша продолжил:
«Надо нам с Дарьей помириться, Марфа набезобразничала, нужно соседку умаслить. Ну-ка посиди тут».
Минут через двадцать сын принес пакет и велел:
«Мама, сходи к Васильевой, передай ей от меня подарок. Скажи: «Решила вам подарить домашние туфли, Мишину авторскую работу». Понимаю, тебе не хочется, но давай отношения с ней налаживать.
