Я спускаюсь по ступенькам вниз на два лестничных пролета, сюда я приходила в массажный кабинет, и двигаюсь дальше. Передо мной открывается пространство, выложенное черно-белой плиткой, уложенной в шахматном порядке, с антикварными безголовыми и безрукими статуями, и большой композицией белых цветов, стоящих под ними. Вдали виднеются грандиозные бело-черные двери. Я берусь за замысловатую резную металлическую ручку и толкаю ее вперед, и ахаю от удивления.
Весь этаж — это сказочное открытое большое пространство, с деревянными столбами, выложенное мозайкой, наполненное паром купальня.
Пар, поднимается от большого бассейна, который похож на что-то сказочное, словно перенесен из другого времени. Времени, когда могущественные правители великих империй возлежали в подобных купальнях и полураздетые девушки-рабыни приходили омывать их. Я вдыхаю аромат, который исходит от воды. Жасмин. Восхитительно по-восточному и экзотически.
Я захожу внутрь, и останавливаюсь примерно в двадцати шагов от него.
Внутри мраморного бассейна, способного вместить не менее десяти человек, лицом ко мне лежит Зейн. Его мощные руки покаяться на бортике, кожа поблескивает от влаги, как отполированный металл.
Он внимательно смотрит на меня, его поза совершенно расслабленная, но его глаза настолько пугающие. Я вспоминаю, когда впервые взглянула в них и увидела холод и безжалостную действительность. Я опускаю свой взор подальше от этой бесплодной пустоты.
Я не должна его бояться, он сделал для меня, огромное одолжение.
Я хочу показать свою признательность, глубокую благодарность. Из полу опушенных ресниц разглядываю его тело, почему-то оно кажется мне еще красивее. Я хочу постоять здесь подольше и полюбоваться декадентским видом этого непостижимого мужчины в таком роскошном бассейне.
— Не желаешь присоединиться ко мне? — его голос шелковистый и ласковый, но слова явно похожи не на приглашение, а скорее приказ.
Прислонившись к столбу, я снимаю туфли, а также часы, кладу их рядом с туфлями.
Босыми ногами чувствую гладкий влажный мрамор. Я стою у края бассейна, кровь становится разгоряченной и жаждущей его.
— Ожидаешь, что сексуальная рабыня вымоет своего хозяина? — тихо спрашиваю я.
Он по-прежнему очень тихо отвечает.
— Раздевайся.
Мое сердце начинает биться быстрее. Я расстегиваю платье, оно скользит вниз к ногам, снимаю лифчик, и хотя выражение его лица не меняется, глаза сверкают, как только он видит мою грудь.
