Закрыв за собой дверь, я вхожу в клетку, ну, хорошо, в комнату. У меня дрожат колени, и я чувствую себя довольно неуверенно. Я останавливаюсь в паре метров от него и смотрю на его длинные с маникюром пальцы, дергающие воротник.
— Мы снова встретились, рыбка, — говорит он.
— Ты сказал, что мог бы помочь найти мою сестру, — совершенно по непонятной причине голос у меня звучит пронзительно и даже обвиняюще.
Его брови приподнимаются.
— Я сказал, что могу попробовать. Я готов поспрашивать, но ничего не обещаю.
— Этого тоже достаточно, — быстро соглашаюсь я.
— Присядь и расскажи мне, что случилось, — вежливо просит он.
Я подхожу к одному из стульев напротив него, и с благодарностью опускаюсь, прежде чем сбивчиво начинаю рассказывать всю историю. Мне трудно сосредоточиться. Мои мысли все время возвращаются к его прикосновениям и словам, которые он сказал несколько месяцев назад. Он слушает прищурившись. Иногда его глаза, как бы ощупывают мое тело, заставляя меня начать запинаться, и он возвращает свой сверлящий взгляд к моему лицу.
— Так ты думаешь, что сможешь помочь? — спрашиваю я с надеждой.
— Если я не смогу ее найти, то никто не сможет, — тихо отвечает он.
— О, спасибо. Спасибо большое, — начинаю я фонтанировать благодарностью, совершенно не вспоминая о том ужасном дерьме, в котором неоднократно обвиняла его. К счастью, мысленно.
Он внимательно смотрит мне в глаза, удерживая взгляд.
— Я помогу, но ничего не бывает бесплатного, рыбка.
Если я предоставлю тебе, что ты хочешь, ты должна будешь дать мне, что хочу я.
Мой рот раскрывается, потому что это напоминает красивую бабочку, которая словно по волшебству вдруг превращается в осу, больно ужалившая тебя в задницу.
— Что же ты хочешь от меня? —– чуть ли не шепотом спрашиваю я.
— Тебя.
Выражение его лица совершенно не меняется. Я непонимающе моргаю, поскольку думаю, что это не может быть на самом деле. Я действительно слышала, что он сказал «тебя»? Меня.
Далию Фьюри. Может мне пригрезилось?
— Что?
— Я хочу, чтобы ты была моей в течение одного месяца. Целиком и полностью. И днем и ночью. Подчиняться и делать все, что я попрошу.
У меня такое чувство, что моя челюсть просто грохнется сейчас на пол.
— Просто для уточнения. Ты хочешь, чтобы я была твоей рабыней?
Его губы расплываются в нахальную ухмылку.
— Сексуальной рабыней. Это большая разница.
Да, похоже я не сплю. Женоненавистник насквозь.
