Первая мысль — прикрыться, но я останавливаю себя, разрешая ему увидеть оставленные им же иссиня-бордовые следы. Он не испытывает угрызений совести по этому поводу, ложится ко мне в постель и снова берет меня, смеясь с надменным торжеством, когда я начинаю кричать от оргазма.
Глава 22.
Далия Фьюри
«Любовь — то, что ты для меня нож, которым я копаюсь в себе».
Франц Кафка, письма к Милене
После этого события стены, которые охраняют его сердце, стали просто непробиваемые, и я даже не пытаюсь взобраться на них.
Мои дни становятся похожими один на другой. Я просыпаюсь, завтракаю, иногда с Ольгой и парнями, иногда одна в своей комнате на верхнем этаже, где по-прежнему работаю, потом плаваю в бассейне и сижу в сауне до обеда и очень много работаю."
"Что касается наших отношений, они становятся похожими на обоюдное сексуальное безумие, которое заставляет нас чуть не рвать друг друга когтями. Мы встречаемся в его кабинете, или в каком-нибудь другом месте, куда он меня вызывает, трахаемся как будто в последний раз, словно больше никогда не увидим друг друга.
И каждый раз наши занятия сексом безрассудные, безнадежные и сумасшедшие, у меня такое чувство, словно каждый раз умирает маленькая частичка меня. Недели проходят похожие одна на другую, и как-то утром мне звонит Дейзи по Skype.
— Где это ты? — спрашивает она меня, не узнавая комнату, в которой я нахожусь.
— Хм... у подруги.
— Ох. Хм... хорошо. Далия, я... э... у меня плохие новости.
Я чувствую, как мои внутренности сжимаются от страха.
— Что? Мама?
— Нет, нет. С мамой все в порядке.
— С кем тогда?
— Сьюзи скончалась вчера вечером.
— Ооооо, — произношу я медленно, вспоминая умиротворенную морду Сьюзи. Не знаю из-за чего, но никогда не ожидала такого, хотя Сьюзи появилась в нашей семье, когда мне исполнилось одиннадцать. Я же видела ее всего пару недель назад, и она выглядела вполне здоровой.
— Она не страдала, — продолжает моя сестра. — Также тебе следует вспомнить, что она была очень и очень старой.
— Да, — говорю я слабым голосом.
— Она видно поняла, что умирает, потому что ушла в кусты и отказывалась выйти, даже когда мы звали ее. Я принесла ей воды, но она отвернулась и посмотрела на меня с такой любовью. Я гладила и держала ее, пока она не умерла, — голос Дейзи замирает. — Я сделала несколько фотографий, если хочешь я смогу тебе их отправить.
Я смотрю в глаза моей сестры на экране, она выглядит вполне нормально.
