Мне не нужно было подсказывать, я и так поняла, что это сам император.
Едва я вошла, он поднялся, и вместе с ним встали все остальные, даже Иэлениль, недовольно кривившая губы. Его глаза цвета темного изумруда смотрели жестко и цепко, в них читалась мудрость тысячи поколений, и противостоять этому взгляду было просто невозможно. Точно завороженная, я двинулась от входа к столу, не отрывая глаз от этого мужчины.
– Мой император, позвольте представить вам наше сокровище, – прозвучал в тишине напряженный голос эрзуна.
– Аментис дан Асторгрейн, моя дочь, принцесса рейна.
– Я вижу, вы не преувеличили, когда назвали ее сокровищем. – Архарон смотрел на меня так, что мне стало не по себе. Где-то внутри появился маленький холодок, а еще сосущее чувство утраты, только я никак не могла понять, чего именно не хватает. – Подойди, дитя мое. Я доволен, что именно мой сын станет твоим эрзуном. Кровь двух великих рейнов наконец-то объединится. Это то, чего мы ждали больше тысячи лет.
Я недоуменно сморгнула. Так долго? Это сколько ж поколений сменилось? И почему это так важно?"
"– Ваше Величество, – подала голос Иэлениль, – она слишком долго жила в Эролле, чтобы вот так сразу принять наши обычаи и традиции.
– Это не важно.
Я замерла почти в шаге от императора и даже не вздрогнула, когда он вдруг подался вперед и взял меня за руку. Его пальцы оказались теплыми, но жесткими и шершавыми – это были пальцы мечника, а не великосветского франта. Неужели он лично принимает участие в сражениях? Даже не верится!
– Скажи мне, дитя мое, – услышала я над ухом тихий, проникновенный голос, – ты же видела моего сына Лейса? Что-то дрогнуло у тебя внутри?
Я послушно вызвала в памяти тот момент в саду и заставила себя вновь пережить те эмоции.
Да, определенно что-то дрогнуло, он был слишком красив, и знал это.
– Принц очень красив, – проговорила я и почувствовала, как пересохло в горле. Захотелось выпить воды, и это желание было таким нестерпимым, что я невольно пошарила взглядом по столу, ища, чем утолить жажду.
– Я бы очень хотел познакомиться поближе с будущей невесткой, – продолжал император, не сводя с меня пристального взгляда, – вы же не откажете мне в такой малости?
Это, вроде бы, была учтивая просьба, но вот тон, которым она была сказана, не оставлял сомнений – отказаться невозможно. Да и кто рискнет отказать императору! Даже Иэлениль немного присмирела. Сверлила меня своими глазами, но уже не открывала рта.
– Конечно, Ваше Величество, как вы пожелаете.
