Я не понимала, каким образом мы оказались по разные стороны, и прикидывала в уме удачный момент, чтобы пробраться в угол к дядюшке, пока он не перешел в стадию «лицом в закуску».
Только я решила предпринять переселение поближе к дядьке, как рядом с нами вырос давешний молодой гений с горящими хмельными пятнами на скулах.
– Милая старушка, – с вежливым поклоном обратился он к Глэдис, – не соблаговолите ли вы пересесть на мое место?"
"– Старушка?! – задохнулась та от возмущения, и вдруг, изумленно хлопая глазами, оказалась стоящей на ногах.
Рокировка произошла столь стремительно, что дуэнья только успела охнуть.
Судя по упрямо выставленной челюсти, даже если бы его огрели кружевным зонтиком, возвращать захваченного места молодой гений не желал. Однако Глэдис была слишком воспитанна, чтобы размахивать зонтиком или ридикюлем, какой сжимала под мышкой. Смерив наглеца презрительным взглядом, она притулилась на краешке стула в самой гуще застолья, где ей тут же всучили бокал с каким-то смешанным хмельным напитком едко зеленого цвета.
– Дорогая Анна! – громко вымолвил изобретатель, стараясь привлечь мое внимание.
– Уважаемая нима Вишневская, – без особой надежды поправила я.
– Ненаглядная барышня, вы когда-нибудь слышали о шкатулках с секретом?
Я с интересом посмотрела на изобретателя.
– Это магические резервуары, куда можно спрятать какой угодно следящий кристалл в форме бабочек, птичек, – пустился он в объяснения. – Да даже миленького маленького енотика с кристаллом в жо… в лапках тоже при желании можно поместить.
– У моего отца была такая шкатулка с бабочками. Вы изобрели эту чудесную магию?
– Нет, – смутился гений, – но мое изобретение столь же грандиозно, а стоит в разы дешевле. На его визе… виза… визуализацию мне надо-то каких-то жалких двадцать два золотых, пятнадцать серебров и шесть медяков.
– Вот как?
Упоминать, что некоторые семьи из пяти человек и с кошкой целый год жили на двадцать золотых, мне показалась излишним. Некоторое время мы молчали и с глупыми улыбками наблюдали за шумным кутежом, но гений был беден, настойчив и имел железный зад, раз решил меня пересидеть.
– Вы хотите денег? – сдалась я.
– Нима Вишневская, как и ожидалось, вы смотрите в суть вопроса!
– А шесть медяков зачем? – с тоской уточнила я и поймала себя на том, что глазами ищу чистую рюмку, желательно полную. Хотя после трех минут странного разговора с чудаковатым изобретателем я была готова забыть про гордость и налить себе сама.
