Вернувшись к постели больной, он аккуратно присел на краешек и опять приоткрыл шкатулку со свинцовыми белилами:
— Это медленный яд. Употребленный один или даже несколько дюжин раз — никак не сказывается. А при постоянном пользовании напитывает своей отравой все нутро и кости, портит Богом данную красоту, старит кожу и способствует рождению юродивых детей. Или НЕ рождению.
Из рук страшно побледневшей челядинки звучно упало что-то мелкое, но в то же время достаточно тяжелое, посинели губы у хозяина дома, — а Дмитрий вместо шкатулки подхватил гребешок:
— Такой же яд, как белила.
На затянутую в перчатку ладонь легли два бугристых шарика:
— Сулема, из коей состоят пилюли, в чуть большем количестве есть страшный яд, смерть от которого хоть и быстра, но весьма мучительна. Любит тебя Господь, Анастасия Дмитриевна!
Едва слышно булькнул невзрачный глиняный кувшинчик, задетый указательным пальцем:
— Настойка на киновари есть яд. Слабее сулемы, но сильнее двух первых. Теперь ты поняла, что с тобой?
Две мокрых дорожки пролегли от ее глаз.
— Да. Скажи, я буду?..
— Божией милостью и волей отца моего ты будешь исцелена. Но не сразу — уж больно тяжел твой недуг, боярыня.
Чуть повернув голову к еле дышащей челядинке, малолетний лекарь негромко распорядился:
— Чарку теплого молока. Бумагу, чернила и перо. Быстро.
Суета поднялась нешуточная — благо за дверью подслушивала почти вся боярская дворня. Ну, может, и не вся, но уж половина точно.
— Болезную перенести в другое место, чтобы никакой духоты.
И больше солнечного света.
Затребованные канцелярские принадлежности доставил почему-то один из постельничих сторожей. Отдал хозяину дома, одновременно скользнув по горенке быстрым взглядом, уважительно поклонился и исчез, а боярин с нарастающим удивлением смотрел, как четвертушка бумажного листа покрывается непонятными знаками. Впрочем… Напрягая в легком сумраке комнаты свое заметно сдавшее в последние года зрение, он все же смог разобрать закорючки латыни, а за его спиной в приоткрытую дверь тихонечко просачивались ближние домочадцы.
— Эти травы можно купить у царского аптекаря Аренда Клаузенда. Понадобятся через три дня…
Влетевшая с кувшином горячего молока и небольшой чарочкой служанка буквально светилась от надежды на то, что хозяйка оправится от яда и будет жить.
— Готово, царевич-батюшка!.."
"«Определенно, это новое слово в титуловании членов царской семьи.
