Огромный чёрный волк с жёлтыми глазами напугал бы, пожалуй, даже моего отца. Но мне нет необходимости его побеждать – мне достаточно продержаться какое-то время, чтобы сдать экзамен.
– Поехали! – скомандовал Билл.
Я накинулся на него одним прыжком – он молниеносно ускользнул от меня. Бесшумно и ловко, вздыбив шерсть, он атаковал меня, и мне казалось, что он везде одновременно. Я изогнулся и, втянув когти, ударил его, чтобы выбить из равновесия – намеренно медленно и только скользнул по нему лапой.
Зорки напал снова и попытался ухватить меня за горло.
Самое время прикинуться лузером! Я позволил ему повалить меня и, лёжа на спине, всеми четырьмя лапами отпихнул нападавшего. Он отступил, я вскочил и отошёл назад.
Этот раунд я точно проиграл. Публика заволновалась в недоумении: что это с ним? Тоскливое чувство. Лицо Миллинга застыло как каменное. Значит, мой план работает. Это утешает.
Я и Зорки – мы оба перевели дух, я атаковал, как будто хотел ухватить его сзади за шею. Он без труда увернулся.
– Что с тобой, парень?! Дерись уже как следует! – скомандовал Зорки.
"
"Я молчал. Я не мог ему ничего сказать – тогда все мои замыслы пошли бы прахом. Но злить Билла – плохая идея, а он между тем не на шутку разозлился на меня, снова напал и впился мне зубами в плечо. Я вздрогнул от боли. Публика недоумённо зашушукалась. Может быть, в первый раз на публичном экзамене учитель намеренно поранил ученика. С чего этот волчара решил меня укусить? У меня в голове что-то заклинило, заискрило, я больше не мог ни о чём думать – я взбесился.
Дикая, безудержная сила взыграла во всём моём существе. Да, Билл крутой и здоровый, но я-то – я горный лев!
Зорки не успел опомниться, как я одним ударом сбил его с ног. Он покатился по полу, я ринулся к нему и готов был уже вцепиться клыками ему в горло. Прогремел гонг. Я победил. Победил… Чёрт! Нет! Трибуны ликовали, директриса объявила десятиминутный перерыв. Что я за дурак, зачем я выиграл этот бой?! Я уже почти проиграл – и тут этот проклятый звериный инстинкт, чтоб его, перечеркнул все мои планы.
Когда мы превратились в людей и одевались за перегородкой, Билл похлопал меня по неукушенному плечу:
– Четвёрка тебе, парень, слишком долго собирался с силами.
Царапины от моих когтей кровоточили у него на боку. Ничего себе я его подрал. Поранил учителя.
– Простите, я не хотел…
– Да ладно, – бросил Билл. – Это я должен извиняться. Это же я первый начал. Но я не мог допустить, чтобы мой любимый ученик провалил экзамен.
