– Так он ваш любимый ученик?
Перед нами возник Эндрю Миллинг. С видом кота, только что съевшего миску сливок, он по-отечески обнял меня за плечи. Мне бы сбросить его руку, но я не посмел. Всё и так уже плохо.
– Как бы то ни было, – продолжал Билл, – быстрый удар и быстрота мысли – прекрасная комбинация. Так можно нейтрализовать любого оборотня в этой школе. Даже меня. Сами видели.
В превосходном настроении он натянул майку, которая на боку тут же заалела кровавым пятном.
Кажется, Эндрю Миллинг был доволен:
– Молодец, победитель.
Удачи, Караг. Поговорим позже.
Я смог только кивнуть, пока Шерри Плеск меня осматривала. Как же я ненавидел себя! Идиот! Идиот!
– Ты был грандиозен! – Холли порывисто обняла меня. – Классно ты сначала прикинулся дурачком! И потом так неожиданно напал на него!
Брэндон улыбался, Дориан поднял вверх большой палец.
Экзамен по борьбе я сдавал последним, но на превращение вытянул жребий одним из первых. Ещё и это! Элвуд уже стоял посреди зала, скрестив руки на груди, с холодным жёстким взглядом.
– Может, тебе пару минут отдохнуть, набраться сил? – с тревогой спросила директриса.
Сказал бы я ей, отчего мне по-настоящему скверно, да не поверит. Она же боготворит этого Миллинга.
– Секунду, я уже готов…
И я судорожно стал рыться в своём рюкзаке в поисках мешочков с можжевельником и моей пумьей мочой. Я зажал один в ладони. Когда я превращусь, он упадёт на пол – ну и плевать. Они так, для подстраховки, и без них обойдусь, сегодня я уже превращался, и весьма удачно.
– Посмотрим, чему тебя научил мой коллега, – злобно процедил Элвуд и тут заметил мою сжатую в кулак руку.
– Это что? Шпаргалка?
– Нет, это просто…
Но Элвуд уже держал в пальцах мои мешочки. Хмуря лоб, он понюхал сначала мешочек с можжевельником, потом открыл второй пакетик. Резкий запах ударил ему в нос, и Элвуд с проклятием отшатнулся:
– Отвратительно! Что это?
– Караг, мне жаль, – вмешалась Лисса, – на экзамене запрещены вспомогательные средства.
Я молча бросил мешочки Холли. Она сдуру сунула нос в пакет с мочой и от резкого запаха упала в обморок.
Глупые они, эти белки!
Я встал напротив Элвуда. Чёрт, отсюда, как назло, Миллинг виден лучше! Какие у него жестокие глаза. Он никогда не отпустит меня после того, что сказал обо мне Зорки, никогда от меня не отцепится.
– Начнём с простого, – с лёгкой издевкой заговорил Элвуд. – Покажи нам своё второе обличье, пума.
Через два места от Миллинга сидел Джеймс Бриджер. Я учуял его тревогу. Хорошо, что он здесь.
