"
"— Могу себе представить, — зажмурился Давыдов и тихо мурлыкнул. — Креветки с пивом тоже в приборах не нуждаются. А у тебя есть в номере мини-бар? Может, позволим себе немного вина?
— Почему бы и нет? — я осмотрелась и заметила шкафчик в углу номера. — Вряд ли тут будет вино, к которому ты привык. Повезёт, если не в картонной коробке. И если штопор найдётся.
— Я ко многому привык, — возразил Сергей, принимая из моих рук тёмно-зелёную бутылку. Название на этикетке нам обоим ничего не сказало. Красное полусладкое. Всё.
— Пока со строителями общий язык искал и отношения налаживал, чего только не пил. А как ещё найти нормального прораба? Не до эстетики высокой кухни и вкуса элитных вин.
Штопор был обычный, “ручной”. Давыдов с поразительной лёгкостью вынул пробку и разлил рубиновую жидкость по стаканам.
— У меня есть тост, Алина. За твои индийские огурцы, да будут они неладны. За московских парикмахеров и “наше вам с кисточкой, босс”. Я счастлив, что встретил тебя.
***— А я счастлива, что дала офисной работе шанс.
Что ни говори, а такие заказы, как у Царедворского, держат в тонусе. Позволяют выйти за пределы привычного, открыть в себе что-то новое.
Вино на Алину действовало с первого глотка. Она щебетала, как райская птичка, водила бокалом в воздухе и смеялась. Щеки зарумянились, глаза заблестели.
Сергей залпом осушил свой бокал и предложил “обновить”. Не собирался накачивать её алкоголем, ни в коем случае. Просто нравилось замечать, что барьеры между ними рушатся. Обидные слова, сказанные сгоряча, забываются.
Время будто отматывается назад и всё действительно начинается сначала.
— Утка, — спохватился он. — Давай ужинать, пока она не остыла.
Завёрнутые в блинчики тончайшие ломтики с соусом и овощами таяли на языке. Вино — не водка, но от него тоже иногда распалялся аппетит. Разговор ненадолго стих и продолжился только, когда контейнеры из кафе наполовину опустели.
— А за огурцы нужно Анюте спасибо сказать, — призналась Алина. — Моей подруге. Она повёрнута на орнаментах, вот и подкинула мне несколько идей.
Я пыталась сама что-то изобразить, но куда там. Три листа в скетчбуке впустую исчиркала. Не даются мне сэмплы, зендудлы и паттерны.
“В твоём скетчбуке много интересного”, — хотел сказать Сергей, но решил промолчать.
Тайну, что он видел свои портреты, стоило унести в могилу. Не испытывать на прочность стеснительность влюблённой девушки. Кажется, она сама ещё не до конца разобралась со своими чувствами. Вот и тянула с ответом на предложение.
