Про них мне сказали: “А ты поперетаскивай бездыханных пациентов со стола на каталку. Тоже всё поймешь”.
Так, хорошо. Разглядев могучего Молчанова, за маму я успокоилась. Она в надёжных руках. Буквально.
— Добрый день, Игорь Викторович, — поздоровалась я. — Василевская Дарья Павловна и Василевская Алина. Я — дочь.
— Добрый, — улыбнулся он. — Елена Станиславовна мне про вас говорила. Устроились в гостинице?
— Нет, мы сразу к вам, — я кивнула на свой чемодан.
— Тогда пусть Дарья Павловна возьмёт вещи, и пойдём оформляться.
Алина, сегодня ничего волнительного не будет, вы можете ехать отдыхать. Операция по плану стоит на завтра на восемь утра. Если ничего экстренного не случится, то к полудню закончим.
— А большой шов будет? — испуганно спросила мама.
— Я всё расскажу, — пообещал Молчанов.
— Лекарства какие-то нужно купить? — я тоже никак не могла успокоиться.
— Нет, отделение обеспечено всем необходимым. Свидания в реанимации разрешены по графику. Мне можно звонить с любыми вопросами, но лучше писать в чат.
— Хорошо. Спасибо вам большое.
— Пока не за что, — отмахнулся Игорь Викторович.
Забавно, что врачи на благодарности реагируют смущением: “Я всего лишь спас вам жизнь, сущий пустяк!” Зато стоит сказать “спасибо” какому-нибудь артисту, как он сразу же начинает рассказывать, насколько трудно ему далась роль. Хотя наверняка встречаются скромные актёры и падкие на похвалу врачи.
Я попрощалась с Молчановым, вышла из клиники и набрала дядю Тошу. Он просил позвонить, как только приземлимся, а я обошлась смс-кой.
Говорить с ним не хотелось даже сейчас. Зудела мысль, что из-за него я добровольно лишила себя общения с Давыдовым. Да, Антон Павлович ни в чём не виноват. Я сама приняла такое решение, он всего лишь высказал подозрения и привёл логичные доводы. Но осадочек остался.
— Алло? — я прижала телефон плечом и попыталась поймать такси. — Дядь Тош, маму оставила в клинике, сейчас поеду в гостиницу. Врач — золото. По крайней мере, произвёл впечатление профессионала.
— Отлично, — Антон Павлович тоже был доволен. — На сколько вы там задержитесь, он не сказал?
— Нет, завтра прооперирует, потом видно будет, — я выдохнула с облегчением, когда получилось остановить старенький матиз с жёлтой шашечкой. — Но думаю, не больше недели. Посмотрим по маминому самочувствию. Вы точно не сможете приехать?
— Я постараюсь, — пробормотал он. — Несколько встреч уже отменил, но ближайшие две никак. Слишком долго уговаривали Карабанова на встречу.
